Постепенно слава Годрика стала меркнуть. Он исчез на шесть лет, а приехал – и разочаровал, в чем-то оскорбил надежды, а люди не прощают подобного. Кто высоко взлетел, тот больно упал. Даже в песне «О Кейлех» её имя не изменил менестрель, понимая, что каждый и так узнает, кто был женихом… хотя его имя не рискнули упоминать. К тому же король совсем одряхлел, а новая королева и принц бывшего жениха не жаловали. И вот он, гордый Годрик Раннее Утро Катриан, удалился в свои владения (отец его умер), налаживая ненавистный быт. Хотя, рядом с ним была любимая жена, а теперь, насколько знала Кей, и две чудесные дочери, он не был счастлив. И осознание этого не принесло Кейлех счастья, скорее жалость к человеку, который когда-то был ее воздухом.
Но, прочь воспоминания о прожитых днях!
Усилием воли Кей встала и облачилась в простое одеяние, легко вооружилась и, накинув серый плащ, ушла отдавать обещанное незнакомцу. Ненужные мысли надо гнать взашей, не давая размякнуть разуму.
Жесткий и крепкий как камень, вот какие слова пришли на ум Кей, когда она внимательно разглядела его. Она тогда так и сказала Арвене. Таким он и предстал перед Лисичкой сейчас.
Некрасивое худощавое лицо с впалыми щеками и высокими острыми скулами. Темно-карие чуть с приспущенными по наружному краю век, глаза, густые темные и почти сросшиеся брови, тонкие белые губы. На волевом подбородке - трехдневная щетина. Запоминающимся был нос: с горбинкой и чуть приплюснутый у конца. Прямые и черные как смоль волосы собраны в высокий «конский хвост» и спускаются до середины спины. На лбу повязан украшенный вышивкой кожаный ремешок (сама Арвена вышивала и дарила). Да уж… не красавец, но и уродом его назвать язык не поворачивался. Возраст определить сложно… где-то около тридцати. Высокий, плечистый, но без мощных мышц, крепкий, осанистый. Настоящий воин.
- Здравствуй, Торуй. Здорова ли Арвена? Я хочу видеть ее.
Грубый хриплый голос заставил Лисичку вздрогнуть. Говорят, в юности Йонгу Каменное Сердце из рода Даллионов имел дивный голос. Но во время одной из межродовых стычек его полоснули мечом по горлу. Йонгу чудом выжил, но голос стал больше похож на карканье вороны. Да уж… Станет такой о любви говорить, так повеситься захочешь. А потом его пару раз саданули по носу, окончательно сломав его. Лисичка встряхнула головкой, отгоняя дурные мысли. Ведь почти год назад она сама стала увиваться за хозяином рода Даллионов, пробуя свои женские чары. Это она была инициатором их встреч! Странно, раньше она и внимания не обращала на такую малость, как голос. Слава, знатность и богатство Йонгу затмевали все вокруг. А сейчас вдруг даже возможность стать женой главы рода не прельщала девушку.
«Не о том ты думаешь, девочка, не о том. Ты ведь сама эту кашу заварила. Он богат, еще не стар, расположен к тебе», - внушала себе Арвена. – «Только что же так скривиться хочется, только увидишь нареченного? Что же случилось? Почему, все, что нравилось раньше, сейчас раздражает?»
Во внутреннем дворе было мало людей. Кроме пришлых и брата Торуя, только несколько дворовых. Но мимо них не прошмыгнуть. По-любому кто-нибудь увидит и окликнет, ведь ее расшитую дорогую накидку ни перепутаешь с платками дворовых девок.
Из пришлых, кроме господина Йонгу, были и два его родича: Ору Золотая Нить и Тойво Громовой Перевал. Оба брата походили друг на друга: стройные, гибкие, златовласые и светлоокие, с открытыми приветливыми лицами. Веселые и беззаботные. Арвена хорошо их знала. И как они только могут дружить с этим мрачным Йонгу?
На улице было холодно, и стоять все время за колодезным столбом не было смысла, поэтому Лисичка тяжело вздохнула и нацепила на свое лицо самое благожелательное выражение, распахнула глаза и захлопала ресницами. Надо брать инициативу в свои руки.
- Господин Йонгу! Вот неожиданность! – пожалуй, слишком много радости в голосе, не переборщить бы, а то фальшиво прозвучало как-то.
Девушка мотыльком порхнула к жениху (его лицо всегда спокойно, и трудно определить, что скрывает это каменное сердце), вкладывая узенькую ладошку в его огромную лапу. Вот это ручища! А кожа-то, кожа какая грубая! Такой только меч и сжимать. А девушку раз приласкает – все ж до крови обдерет! Арвена невольно покраснела.
- Здрава будь, Арвена Тонкая Лиса. Вот, ехали в столицу, решили заехать, погостить денек. Тебе гостинец привез. Прими.
Он вложил в ее ладошку цепочку с ажурной подвеской, и Арвена запрыгала в восторге на месте. Быстро отбежав к стоящей рядом бадье с водой, нагнулась, примеряя украшение. И так повернулась, и эдак. Ах, хороши камешки! Даже мысли о неприязни на миг ушли.
- Ох, Арвена, не лиса ты, а сорока, - расхохотался Торуй. – Это ж надо, так на побрякушки падка! Пойдем, друг Йонгу, и вы, друзья, идите в зал. Там вас ждет угощение. Арвена, подсуетись.
