Опасаться, что за нами покажутся преследователи, не было ни сил, ни необходимости. Колеблющееся марево за спиной потихоньку таяло до следующей активации. Если бы вход был обнаружен, то маги уже стояли бы здесь. Только сейчас я могла по-настоящему расслабиться и… покривиться от невыносимого холода. Вокруг плотным овалом поляну окружал вековой хвойный лес, серебрящийся в свете полной луны заснеженными кораллами ветвей. Ветра не было, но это служило лишь слабым утешением моим босым красным до полной потери чувствительности ногам, по колено утопающим в рыхлом снежке. Тролль с самым глупым видом почесал в затылке: когда спешно планируешь побег, какая-то мелочь все равно ускользнет. Подмога пришла оттуда, откуда её никто не ждал. Рашаль ухмыльнулся, осуждающе глядя на мои «изнеженные» конечности, и стянул с тулупа рабочий фартук. Маг тут же расцвел улыбкой, принял от парнишки полезный кусок тканины и одним движением пальцев разорвал с треском поддавшуюся материю на два. А потом коротко свистнул в темноту. Не услышала, а ощутила кожей, как на поляну из густой темноты выступили три высокие тени. Девственный, не тронутый присутствием человека сугроб не ломал их очертания. И я сполна налюбовалась длинными узловатыми ногами, прямой шеей, благородно изогнутой холкой и роскошными гривами трех ахалтинцев.. Не обернулась даже тогда, когда одна из самых любопытных морд ткнулась влажными губами в мои растрепавшиеся волосы. Ни здесь, ни за морем, ни в каком известном мне краю света не существует лошадей, быстрее и выносливее ахалтинцев. Разве что… Но они не совсем лошади. Горячее дыхание обожгло шею, защекотало за ухом. Вопреки опасениям мага, ахалтинец принял новых знакомцев. Владимир шагнул мне навстречу, протягивая руки к талии, и одним рывком закинул в седло статного животного. Вороной жеребец с белой звездочкой на голове и такой же белизной по венчику разочарованно заржал, но остался стоять смирно, недовольно переминаясь с ноги на ногу. На столь роскошной лошадке мне приходилось сидеть впервые. Тысяча тимок, не меньше. Холеный, поджарый. Две другие нетерпеливо фыркали поблизости. Ещё один жеребец и кобылка. Маг размашисто шагнул к последней, проверил натяжение подпруг и точным движением впорхнул на спину животного, та даже не шелохнулась. Енк грубо подхватил парнишку, ссутулился и тоже, кряхтя, полез в седло. Мальчишка заворожено наблюдал за скакунами. Бьюсь об заклад, ему впервые в жизни представился случай испытать, что значит скачка на ахалтинцах. Упругие бока животного приятно согревали мои онемевшие ноги. Жизнь явно налаживалась. Оставались позади страх и боль, уступая волшебству зимней ночи и близости новых друзей. Неужели спасена? Неужели, преодолевая вековую брезгливость и неприятие, мне помогли люди? И уж совсем тепло на сердце стало, когда маг метко запустил в меня останками промасленного фартука: «На ноги намотай, а то совсем закоченеешь».
Так мы и скакали. Владимир впереди: его Молния оказалась самой быстрой лошадкой в этих местах. За ним – я, стараясь поплотнее укутаться в плащ (хотя коленями все равно пришлось пожертвовать). А позади тролль и Рашаль.
– Владимир?– слишком много вопросов, чтобы их можно было проигнорировать. Слишком многое хотелось расставить на свои места.
Маг не обернулся, но я определенно уловила: напрягся. Он понимал, рано или поздно, ответы я получу. Такие уж мы, гарпии, въедливые натуры.
–Что с моими сестрами?
Ответ был заготовлен заранее.
–Они не попались к нам в сети, можешь успокоиться. В западных землях говорят, бежали в Ергейл, поближе к троллям. Не слишком знатное соседство, зато безопасное. Ты же знаешь, тролли терпимее других рас относятся к вам. Думаю правда, вернутся. Как только выяснят, где все это время находилась ты.
Чтож, маг был прав. Аэлло, Окипета и Тиелла слишком опытны, чтобы запросто попасться в любые, пусть даже магические, сети. И они непременно вернуться. Но обольщаться поймать их в подобную ловушку дело бестолковое. Чтож, эта новость меня порадовала.
–А почему ты мне помог?
Не знаю, сколько томительных щепок прошло, прежде чем я услышала его голос, определенно начиная считать либо себя слишком любопытной, либо вопрос, по меньшей мере, бестактным.
–Потому, что ты не виновна, – в конце концов по-будничному просто заключил маг.
–Не виновна в чем? Можно хоть сейчас узнать, за что меня пытали?
