– Милена, вы не знаете, есть ли поблизости рудники? – задал я интересующий меня с момента возвращения вопрос. То, что я побывал на волосок от смерти, сделало свое дело, и вид служанки, что предала свою госпожу, оказал влияние на меня, но надо было разобраться с живыми людьми, прежде чем оплакивать мертвых. – Я не знаю, куда девать пленных….
– Пленных?! – поперхнулась вином хозйка, не видевшая моих мучений с транспортировкой трех тел, которые не могли идти самостоятельно. – Продайте их мне! Дам тысячу гривен за каждого.
Сомнений в том, что с ними будет дальше, у меня не было, но разбираться с их продажей кому-то другому уже не было сил.
– Продано, – я отсалютовал ей бокалом, знаменуя заключение сделки. Все-таки деньги лишними не бывают, а жалеть бандитов я не собирался. – С вами приятно иметь дело, Милена.
– Еще раз спасибо за мое спасение! – поднялась Милена из-за стола. – С этого момента, что бы ни происходило с вами, кто бы за вами ни гнался, кто бы ни желал убить, вы желанные гости Гурьенов!
Мы приподнялись со своих мест и чокнулись бокалами. Похоже, это место перестало быть для нас бочкой, в которой собирают ядовитых насекомых, чтобы выяснить, кто опасней.
– За нашу хозяйку! – продолжил Дитрих. – И за нашу вечну….
Его прервал выстрел в соседней комнате, за которым последовал звук падающего тела. Мы медленно обернулись к единственной двери в столовую. Дверная ручка медленно ползла вниз.
***
Казимир
Они все были здесь – склонившиеся над телом брата, рядом с которым лежала дымчатая боевая коса. Трое, у всех в руках оружие. Казимир громко сглотнул, до него начало доходить, что сейчас начнется бойня.
– Добро пожаловать в родовой замок семьи Каутри, – один из Темных, высокий блондин в белой рубашке встал, поднимая оружие мертвого брата. – Последний раз отсюда выносили трупы Алангаев почти сотню лет назад. Надо бы возобновить эту славную традицию….
Парень в красной робе шагнул вперед, сразу же стреляя по нему из револьвера, пылающего огненными узорами.
– Да будет так, – враги пропали, после чего раздался голос за спиной. – Умрите.
Казимир уже стрелял за спину, но после разворота увидел лишь три изуродованных трупа. Члены его группы. Да где они? В зале не было видно ни единого врага. Шансы не то что на победу, на выживание стремительно таяли.
– Потолок! – крикнул другой наемник, снеся градом стрел одного из Темных, засевшего на люстре. – Я попал! Я….
Изо рта стрелка хлынула кровь – в груди торчала тройка метательных ножей. Справа раздался свист, и Казимир перекатился вперед, не глядя обстреливая место, где предположительно находился враг. Пусто. Лишь еще одно тело на полу. Свой.
– Картина! – заорал Алангай, стреляя из своего чудовищного орудия в стену. Сделав три выстрела, он отбросил оружие, поднял арбалет павшего и начал шептать над ним какую-то молитву. Под действием слов члена древней семьи, металл и дерево оружия начали плавиться, побежали ручейками, создавая узоры, что были так похожи на те, что сияли на револьвере владельца.
Враг, скрывавшийся за странным карикатурным изображением человека, вывалился обугленной тушкой из полости в стене. Лицо персонажа на холсте было искажено в крике, и, несмотря на нарочито примитивный стиль рисования, картина выглядела… живой. Немного пугающее изображение смотрелось неожиданно органично в декорациях этого замка. Хорошо, что это «изображение искусства» умерло вместе с обитателями поместья.
Казимир отвлекся ровно на миг. Ровно миг ослабленного внимания, и он уже на полу, удерживает обеими руками Темного, что вознамерился вонзить ему нож промеж глаз.
– Твою душу пожрет Бездна…. – Каутри плюнул в лицо наемнику и резко дернул руками, высвобождая оружие. Слюна заволокла взор – шансов предугадать следующий удар нет. Так вот ты какая, смерть….
– Поднимайся! – крик Алангая вернул его в реальный мир. Утеревшись, Казимир обнаружил на себе безголовое тело с оплавленной дырой в груди. Это было близко.
Подобрав свое оружие, наемник заметил, как Алангай кинул вверх какой-то зеленовато-синий шарик, сорванный с пояса. Подлетев на пару метров, он зажег новое солнце в этом сумрачном царстве.
– Ааааа! – наемник едва не лишился зрения из-за того, что посмотрел на него. Взрыв не смог заглушить звук падения тела с большой высоты. Протерев глаза, Казимир увидел блондина с косой, распростершегося на полу. Оружие застряло в стене, в опасной близости от Алангая.
– Все? – не веря самому себе, спросил наемник. – Это же были все?
– Я не знаю, – покачал головой выживший. – Наверное. В любом случае надо уходить. Нас осталось двое – лучше отступить….
– Отец…. – прошипел блондин, приподняв голову. Лица как такового не осталось – лишь черная обугленная кожа, слившаяся в единую массу. Как он вообще разговаривает? – Они здесь… Отец, просыпайся!
Казимир прервал его вопль выстрелом в затылок, и Каутри умолк навсегда.
– Он же говорил не о бароне? – с надеждой посмотрел наемник на Алангая. – Кого я убил на дороге?
