Стоило словам прозвучать, как Юаньбао вся обмякла и, закрыв глаза, в конце концов лишилась чувств в его объятиях.
Этой ночью дыхание ее слышалось тяжелее, чем прежде, как у живого человека. Но Ци Тянь, держа ее в руках, почему-то спал куда лучше.
На следующий день, едва рассвело, Ци Тяня с постели свалил чей-то пинок. Еще не до конца проснувшись, он потер глаза, посмотрел на сжавшуюся на кровати девушку, и от вида такой «полной жизни» Юаньбао вдруг растерялся, лишь потом вспомнив, что вчера избавил ее от тварей.
Колдун поднялся, собираясь, как обычно, взять ее за руку, чтобы отвести умыть и причесать, вот только она вдруг крепко обхватила себя руками и поспешно отступила в угол. В ее глазах читались настороженность и страх, но ярче всего в них горела сдерживаемая ненависть.
– Не приближайся, опять хочешь всадить своих тварей?
Протянутая рука Ци Тяня застыла, он опустил глаза, кончики пальцев согнулись.
– Твои волосы в беспорядке, нужно их причесать.
Черные глаза Юаньбао стали еще более настороженными. Холод и отвращение – выражение на ее лице ничем не отличалось от выражений чужаков…
Ци Тянь подавил болезненный укол в сердце и с поникшим лицом велел:
– Я запрещаю тебе бояться меня.
Но разве она могла не бояться, видя, как медленно приближается его ужасное, омерзительное лицо? Хранимое из последних сил спокойствие Юаньбао дало трещину, в панике она взглянула по сторонам в попытке отыскать путь отступления, а когда рука Ци Тяня ухватила ее за подбородок, ужас окончательно выплеснулся наружу, и девушка как следует зарядила ногой ему в грудь. Худая мужская фигура тут же согнулась пополам.
Вся побледневшая, Юаньбао произнесла:
– Ты сказал, что отпустишь меня… сказал, что отпустишь…
Середина груди от удара запульсировала болью, и ядовитые твари под синими линиями в теле Ци Тяня суматошно заползали, вопя и собираясь вырваться наружу, чтобы сгрызть обидчицу без остатка. Он упрямо проглотил хлынувшую в горло скверную волну и медленно потер виски, успокаивая взбунтовавшийся организм.
Он поднял голову и увидел в углу трясущуюся от страха Юаньбао с прижатой к стене головой и совсем растрепанными волосами. Его взгляд слегка смягчился, он протянул руку:
– Нужно умыться. – Ему нравилось помогать ей протирать лицо, нежные щеки проминались под подушечками пальцев, а стоило их отнять – вновь становились полными, наливались жизнью.
Но Юаньбао не сдвинулась с места. Тогда Ци Тянь сощурил глаза и в конце концов опустил взгляд.
– Умоешься… отпущу.
Она недоверчиво уставилась на него. Они смотрели друг на друга некоторое время, пока Юаньбао в бессилии не провела рукой по лицу и глубоко не вздохнула.
– Обещания назад не берут.
Ци Тянь не любил смотреть на свое отражение и туалетное зеркало купил специально для Юаньбао. Он аккуратно расчесал ее волосы, умыл лицо и мягким движением принялся вытирать ей руки. Девушка неловко подалась назад, все это заставляло ее чувствовать себя ребенком.
– Стой на месте. – Ци Тянь уверенно притянул ее ладони обратно к себе, движения становились все нежнее. Казалось, он обращался с сокровищем. В голове девушки вдруг всплыла картина с Ци Тянем, одержимо протирающим золотые лодочки юаньбао в один из их обычных дней, и по спине у нее прошелся мороз. Не удержавшись, она снова отпрянула.
Ци Тянь недовольно глянул на нее:
– Не двигайся! – И один этот взгляд пригвоздил Юаньбао, неожиданно она забыла, как двигаться. Впервые девушка обнаружила, что у этого человека с безобразным лицом, к удивлению, были невероятно прекрасные глаза. На фоне их ясного взора синие полосы на коже мгновенно меркли.
Заметив, что ее взгляд задержался на нем, колдун поднял голову и без особого интереса спросил:
– На что смотришь?
Юаньбао растерялась и, отведя взгляд, надулась.
– Я… я же не ребенок, сама могу умыться и расчесаться.
Ци Тянь, проигнорировав ее слова, продолжил аккуратно протирать кончики ее пальцев.
– Как тебя зовут?
Девушка застыла, вспомнив, что они даже не знают имен друг друга, и робко ответила:
– Юаньбао.
Руки колдуна остановились, он помолчал некоторое время.
– Мне нравится юаньбао, – сказал он, имея в виду то ли сверкающие золотые слитки, то ли саму девушку.
Она тихо отвела глаза и посмотрела на себя в металлическом зеркале в форме цветка: кожа сияет здоровым румянцем, щеки сверкают, точно нефрит. Похоже, он и правда не заставлял ее мучиться… и хорошо заботился все это время. Юаньбао подумалось, что, возможно, этот «колдун» вовсе не такой страшный, как о нем говорят. Возможно, ему просто невыносимо одиноко, поэтому он желает видеть кого-то рядом или же просто хочет, чтобы другой человек был доказательством того, что он тоже жив.
– А ты… Как зовут тебя? – Задав этот вопрос, Юаньбао немедленно пожалела: неважно, как его зовут, она совершенно точно не собирается связываться с ним впредь.
– Ци Тянь.
Ей инстинктивно захотелось позвать его по имени, но в конце концов она разумно прикусила язык.
Им не следовало углубляться в это знакомство.
– Я могу идти? – осторожно поинтересовалась девушка.
