Можно было считать благословением или счастливым случаем то, что Кайрос в данный миг не наблюдал за дочерью. Если бы это утверждение дошло до его ушей, то дракон, пустив скупую слезу, отказался бы признавать поражение. Он потратил бы все силы на улучшение своих навыков кулинарии, что могло привести к множеству ненужных жертв. Так мир бездны избежал непредвиденной катастрофы в виде расстроенного дракона.
Но сейчас Кайрос был занят взламыванием печати, так что беды пока не предвиделось.
Завтрак закончился в то время, когда с тарелки исчез последний удивительный блин.
Вытерев губы салфеткой, Никса несколько секунд не сводила взгляда с Аксеи.
― Тебе стоит серьёзно подготовиться к тесту Эдварда. Хоть старик и выглядит довольно мило, но стандарты у него высокие. Тебе не следует совершать ошибок, ― Никса ещё вчера услышала о продвижении до серебряного ранга, посему сегодня с утра решила дать несколько советов зелёному новичку в лице дочери дракона.
Покончив с едой, мечница отправилась на вчерашнее поле. Пускай она и проспала, будучи ментально сильно вымотанной из-за вчерашнего происшествия, но это не могло повлиять на продолжительность её тренировки.
Дойдя до одинокого пустыря, Аксея сняла с пояса Морая.
Стоило ей лишь только один раз взмахнуть мечом, как его лезвие тут же покрыло черное как смоль пламя.
Сейчас оно было не такое интенсивное, как вчера, потому Морай не чувствовал адского жара, распространяющегося по его телу.
Аксея только недавно смогла подчинить пламя своей воле, но ещё не полностью постигла суть огня. В данный момент эта новая сила была очень прожорливой ― она не только поглощала слишком много энергии, но и требовала постоянного контроля, что сказывалось на ментальном утомлении.
В прошлом, при познании тьмы, случались и более опасные случаи, но пережив их один раз девушка не допускала повторений глупых ошибок в изучении нового элемента.
Покрыв меч неугасимым чёрным пламенем, Аксея села медитировать, сосредотачивая всё своё внимание на огне.
Будучи владелицей этой буйной силы, она должна была показать ей своё превосходство, подавить и полностью подчинить себе. Только тогда огонь примет её, полностью слившись с телом.
После этого можно будет уже обратить внимание на способы поглощения и накопления огненных частиц из окружающего пространства.
Пока круглосуточно работающая техника дыхания тьмы могла справиться с дополнительным расходом сил для использования пламени, но в случае жестокого сражения это могло повредить её ядро.
Как только девушка погрузилась глубокого в своё сознание, перед ней предстала огромная стена огня.
Она, словно дикий зверь, металась из стороны в сторону, норовя напасть и изувечить каждого встречного.
При первом признаке присутствия Аксеи огонь ринулся вперёд, желая поглотить и сжечь глупое существо, посмевшее покуситься на его владения.
Подобная атака могла стать жестоким ударом для слабого подготовленных духовно и морально людей. Чтобы противостоять этому неистовому и неугасимому пламени, требовалось множество лет закалять свою волю, лишь для возможности дать отпор, а не ради полной победы.
Не особо сильно развитое духовное сознание уже предвкушало, как сметёт эту самоуверенную особу и полностью поглотит её естество, как вдруг наткнулось на ещё более непреодолимую стену...
Как не крути, а когда девушка, наконец, сделала последний шаг в налаживании их контакта в плане силы воли, ещё недавно агрессивный огонь потерял возможность с ней соперничать.
Мечница была абсолютно спокойна, пока бушевавшее пламя окутывал мрачный холод.
Он, словно клубок из множества нитей, отрезал огонь от всего окружающего пространства. Не давал ему и возможности продохнуть.
Как бы пламя не старалось, но оно было в абсолютно не выгодном положении. Воля девушки вместе с превосходством тьмы не давали ему и шанса на ответный ход.
Огонь бился изо всех сил, стараясь вырваться из смертельных пут, но Аксея была непреклонна. Оставить его сейчас ― значит лишь зачать будущие проблемы, чего она точно не хотела.
Она лучше полностью уничтожит, чтобы в её теле наконец воцарилась гармония, и в нем снова преобладали над всем тьма и спокойствие.
Прошло некоторое время, прежде чем у огня иссякли последние остатки сил. В своей конечной и решающей попытке воля огня рассеялась, изведённая девушкой, оставляя за собой медленно горящее чёрное пламя.
Огонь, покрывающий лезвие Морая, тоже изменился. В его виде не осталось того неукротимого и яростного поведения. Он стал более спокойным, словно сама ночь, полностью следуя воле своей владелицы.
Аксея открыла глаза, в которых виднелась радость. С полным подавлением и уничтожением «эго» огня исчезли и многие другие проблемы.
