- Не нужно думать обо мне настолько плохо, - видимо эти мысли задели Мистера Зет, отчего тот начал оправдываться, - У меня нет никаких странных увлечений! По крайне мере того плана, о чём вы только что подумали.
- Знаете, по ряду причин сложилась так, что я вижу и знаю практически всё в этом мире. Скажу даже больше, многим нужно хорошо постараться только для того, чтобы скрыть от меня какую-нибудь маленькую деталь.
- Я рад, что смог вас впечатлить! – Мистер Зет воспринял это как похвалу, - А насчёт чтения мыслей, то это незначительный навык, что я выучил в молодости бытности человеком. Пределы его способностей весьма невелики, но несмотря на это, он довольно полезен в разных ситуациях.
- Это тоже правда. Богами движут лишь их личные и известные лишь им самим мотивы. Праведные боги скорее исключения и отклонения, чем правило. Когда кто-то объявляет другого исчадием зла и причиной всех бед, в основе этого лежит лишь их личный эгоизм. Тут стоит отметить, что только люди в эгоизме и алчности могут по соперничать с богами.
- Ни то, и не другое. Знаете, Юная Мисс, и в чистой невинности можно разглядеть злобу и уродство, а в грязном разврате что-то прекрасное и незапятнанное. Жизнь – это то, что даже боги не могут полностью понять. Она исказит идеал и вознесёт на пьедестал порок.
Эти слова поразили Аксею. В этот раз не звучало какого-то незримого отчуждения. Речь Мистера Зет звучала так, что казалось он говорил с равным себе. Не ощущалось ни стен, ни барьеров между ними как перед богом и человеком.
- Именно так! Правда не стоит забывать, что понятие «жизнь» включает в себя множество граней, и это лишь одна их составляющая, хоть и самая важная. Но что-то мы увлеклись. К чему пользоваться этим грубым методом общения? Проходите внутрь и про друзей не забудьте.
С этим решением сознание Мистера Зет покинуло Аксею, а вместе с ним ушло и давящие на её разум чувство.
Щёлк!
Прозвучал весьма характерный щелчок, и единственная дверь в гостиной открылась.
Правда почему-то отворилась она не наружу, а во внутрь и находящийся за ней коридор принадлежал совсем не этому дому. Красный, как кровь, ковёр ясно об этом говорил.
Пирс нервно сглотнул.
Никса вскинула бровь.
Малкольм лишь, молча, нахмурился. Охотник не думал слишком много, покрепче сжав ржавый кинжал за своей спиной.
Лишь Аксея и Морай не переживали. Первую только что пригласили внутрь, в то время как второй удручённо подумал:
Первой себя проявила Аксея.
Девушка вздохнула, в этом вздохе прослеживалась усталость. Она, как и Морай, не горела желанием так часто видеть этих могущественных фигур. Но выбора не было.
Мечница встала и направилась к двери, под изумлёнными глазами окружающих. Подхватив на плечо Ферикла, она обернулась и обратилась ко всем:
- Нужно идти — она не стала ничего объяснять.
- Малкольм... – нервно заговорил Пирс, - Я тут подумал, может быть, ну его? Кажется, прожить жизнь в глуши каким-нибудь фермером вполне заманчивый вариант...
- Думаешь у нас есть выбор? – коротко, но точно ответил Малкольм.
Пускай охотник и не знал, кто открыл эту дверь, ему было кристально ясно, что тягаться с таким он не сможет.
А потому без всяких ненужных сомнений направился внутрь вслед за Аксеей.
Следующей встала Никса. Её мысли были примерно такими же, как и у Малкольма, правда только ей было любопытно, какой квалификацией обладал тот, кто звал их внутрь в её доме. Странно, но в этот момент женщина была совсем несонной. Казалось она была благочестивой дамой.
