Приободрившись, я обхожу дом за домом в поисках комнаты. Но… то, что подходит мне финансово, не вызывает доверия: либо отвратительные, откровенные халупы, либо с мерзкими хозяевами — жирными мужиками, которые пялятся на мои стройные ноги, не смущаясь моего гневного взгляда или близости своих супруг, либо непомерно дорого, на мой взгляд, учитывая предыдущие пункты. Я понимаю, что сложно найти бюджетное и приличное жильё в высокий сезон, но, пока есть время, буду искать до последнего.
Я тащусь с чемоданом к очередному дому, когда ко мне на тихом ходу подъезжает автомобиль.
— Машенька, — зовёт в открытое окно Павел Александрович, — какие-то проблемы?
— Кроме того, что более-менее приличное жильё мне не по карману, а то, что по карману, напоминают больше клоповник с озабоченным старпёром-хозяином? Уверена, что нет никаких проблем!
— К тебе кто-то… приставал? — Мужчина сводит насупленные брови к переносице, ноздри раздуваются от учащённого тяжёлого дыхания. — В каком доме это произошло?
— Ну что вы, Павел Александрович! Конечно, ко мне никто не приставал! — успокаиваю его. — И чтобы не возникало такого желания, я не собираюсь арендовать у них жильё.
Он выходит из салона и тянет на себя чемодан.
— Что вы делаете, Павел Александрович? — кричу я. — Отпустите!
— Я везу тебя в приличный дом с хозяевами, которые не полезут под твою юбку, — строго отчитывает меня, — не вопи, словно я тебя пытаюсь силой затащить в тачку.
— У меня не так много денег, — предупреждаю его. — Если они попросят дорого, я откажусь.
— Пятьсот рублей в сутки устроит? — с усмешкой спрашивает мужчина, и я с сомнением прищуриваюсь:
— Это где это вы такие цены на жильё встречали, Павел Александрович? Меня-то, конечно, более чем устроит, а вот устроит ли это хозяев?
Он наконец побеждает. Я отпускаю ручку чемодана. Мужчина с лёгкостью поднимает его, идёт по направлению багажника и снова укладывает туда мой багаж.
— Машенька, — поднимает на меня свой синий взгляд, — меня — устроит. Главное, что это определённо избавит от головной боли нас обоих.
Я хочу отказаться, когда до меня доходит смысл. Я вовсе не собиралась становится для него обузой или головной болью! Но стоит мне открыть рот, как он опережает:
— Не глупи, дешевле жилья ты не найдёшь. У меня чисто, уютно и светло. И я точно не собираюсь причинять тебе вред — времени было предостаточно.
Павел Александрович смотрит с вызовом и распахивает для меня переднюю дверцу. Мои глупые ноги уже несут меня по направлению к мужчине, но в голове — настоящий бардак.
Я дохожу до мужчины, но, прежде чем нырнуть в салон, заглядываю в его глаза.
— А может, я не за ваши приставания переживаю, Павел Александрович? — говорит мой глупый рот. — Вдруг сама не сдержусь и как накинусь с поцелуями, что делать станете?..
В синей глубине вспыхивают лучики веселья, но выражение его лица остаётся серьёзным. Какой же он хмурый! Неужели так сложно улыбнуться?
— Это шутка, — сообщаю ему на всякий случай.
— Смешно, — кивает он, и рукой мягко подталкивает меня за талию в сторону салона. — Поехали, юмористка.
Дорога не занимает много времени: посёлок довольно-таки небольшой, вскоре мы проезжаем маяк и паркуемся у большого белого дома с синими ставнями.
На безмолвное приглашение следовать за ним — следую. Минуем молодой сад, кажется, абрикосовые и персиковые деревца, красиво обрезанные декоративные кустарники, клумба с цветами. Во всём чувствуется женская рука, и я бросаю быстрый взгляд на правую руку мужчины. Кольца по-прежнему нет, уж его бы я не проглядела.
Мы достигаем невысокого порога, и Павел Александрович отворяет дверь ключом.
— Добро пожаловать, Машенька, — тихо говорит он, и я осматриваюсь по сторонам.
Просторные, светлые комнаты наполнены домашним уютом. Вязаные крючком ажурные салфетки на столах и тумбах, красивые занавески с цветочным принтом, воздушные тюли, декоративные подушечки, горшечные растения… Всё это никак не вяжется с хмурым, неулыбчивым мужчиной, что внимательно изучает моё лицо.
— Здесь… довольно чисто, — констатирую я. Боже мой, ну что за дура?! — У вас прекрасный дом, Павел Александрович.
— Спасибо, — кивает он, — это дом моей матери, сам я давно живу в Москве.
— А она..?
— В больнице, перелом шейки бедра. Вот я и приехал сразу.
— Мне очень жаль, что так вышло, — рассеянно говорю ему.
Я действительно не знаю, что и сказать. Мало ему проблем семейных, так ещё и я свалилась как снег на голову!
— Гостевые спальни на первом этаже, ты можешь занять правую, ванная комната здесь, кухня — там, — он и сам кажется крайне недовольным своим решением позвать меня, — на втором этаже тоже есть ванная, но напор слабый. Ещё там комната моей матери, детская и гардеробная, словом, жилая зона хозяйки.
Он мнётся, но я иду на выручку:
— Я поняла, что ничего интересного. Не волнуйтесь, Павел Александрович, я вовсе не аферистка и не собираюсь рыться в комоде вашей мамы. В ближайшее время я подыщу более-менее приличное жильё и съеду. Мне крайне неудобно, что я вас напрягаю…
