Это определенно привлекло мое внимание. Я не была уверена, насколько это осуществимо, но мне определенно хотелось это выяснить. Дрю был прав насчет погоды, она была приятной, но бледнела по сравнению с компанией.
— Да, звучит весело. Какой фильм?
— Я подумал, что позволю тебе выбрать. У меня там целая куча, так что не должно возникнуть проблем с выбором.
Не желая давать себе время струсить, я сунула ноги в пару сандалий у двери и последовала за Дрю к гольф-кару.
В отличие от нашей предыдущей поездки к нему домой, эта прошла без единого слова, сказанного между нами. Тишина, казалось, тянулась все дальше и дальше, и я хотела, чтобы она закончилась, поэтому высказала первую мысль, которая пришла в голову.
— Если не возражаешь, я спрошу, почему ты хочешь отказаться от всего этого, от этого места?
Должно быть, мы были ближе к его дому, чем я предполагала, потому что, прежде чем Дрю успел ответить, он полностью остановил гольф-кар и выключил зажигание. Тонкий лунный свет пробивался сквозь ветви и использовал окружающие нас деревья, чтобы отбрасывать тени на его лицо, скрывая от меня его выражение лица.
— На данный момент это все бессмысленно.
Я молилась о каком-нибудь способе увидеть его лицо, глаза, о малейшем шансе прочитать его мысли. Мне нужно было выражение его лица — морщины на лбу, складки под ресницами, изгиб губ — чтобы помочь мне направить этот разговор. Однако вместо этого мои ангелы доставили кое-что другое.
Я положила руку на мягкое сиденье между нами, не осознавая, что рука Дрю уже там. Тепло его кожи пробивалось сквозь прохладный ветерок, который шелестел листьями вокруг нас. Связь была достаточно сильной, чтобы удержать меня от отстранения, но в то же время достаточно успокаивающей, чтобы успокоить мои нервы и позволить мне продолжить.
— Из того, что ты рассказывал в прошлый раз, похоже, что твоя семья вложила свои сердца и души в это место. И полагаю, что в какой-то момент ты тоже это сделал. Просто потому, что ты не чувствуешь, что первоначальная цель все еще актуальна, это не значит, что нельзя создать новую.
Дрю перевернул свою руку так, чтобы его рука легла поверх моей. Тепло его ладони проникло в мою кожу, согревая все мое тело, как спичка. Огонь. Пылающий ад. Одно простое прикосновение к единственной части моего тела обладало способностью разжечь во мне пламя желания, комфорта и, как бы странно это ни звучало, таинственного понимания. Когда парень заговорил, его голос накрыл меня, как защитная вуаль — тяжелое одеяло из толстой шерсти, защищающее меня от непогоды вокруг.
— Ты сама сказала, что здесь много работы для двух человек. И это правда. Обычно мы прекрасно справляемся. У каждого из нас есть два выходных дня в неделю, и большую часть времени мы проводим в офисе. У нас двадцать домиков, и через две недели двенадцать будут свободны. Если в остальное время мы работаем на половину мощности, то для нас это хорошая неделя. У нас с папой по-прежнему все те же обязанности, за исключением того, что на это уходит четверть времени.
— Есть так много способов заявить о себе, которые могли бы помочь привлечь сюда больше людей. Я не понимаю, почему не может быть пятидесяти двух недель, подобных этой. Здесь прекрасное, Дрю. Я здесь всего два дня, но уже в восторге от этого места. Уверена, что я не единственная, кто приходит сюда и получает это чувство надежды и цели.
Парень сжал мою руку и вздохнул, давая понять, что этот разговор окончен. Я не могла понять ни одной причины, по которой он отбрасывал все это в сторону, по крайней мере, не дав курорту шанса расцвести. Но я была не в том положении, чтобы спорить с ним по этому поводу — то, что Дрю собирается делать с этим курортом, не имело ко мне никакого отношения.
— Прости, Дрю. Я не хотела совать нос не в свое дело. Я просто вижу в этом месте большой потенциал.
— Почему тебя это так волнует? — Его тон казался отягощенным раздражением, хотя прикосновение — то, как Дрю провел подушечкой большого пальца по моим костяшкам почти с любовью — говорило об эмоциях, которые и близко не были негативными.
Прежде чем шок от его вопроса ослаб настолько, чтобы ответить ему, зажглась лампочка, прикрепленная к углу крыши, и окутала парня теплым, мягким светом. Этого было достаточно, чтобы увидеть спокойное выражение его лица, доказывающее, что вопрос был не более чем простым любопытством.
Дрю взглянул через мое плечо в сторону угла дома, откуда исходил свет, и тихонько рассмеялся.
— Глупая кошка, — пробормотал он, как бы объясняя внезапное вмешательство. — Понятия не имею, откуда она взялась, но приходит каждую ночь. Она трется об этот угол дома, и, как только срабатывает индикатор движения, убегает в испуге. Можно было бы подумать, что она уже все поняла, но это не так.
