ПЕСНИ ГИПЕРИОНА полностью

Пожалуй, мне следует разъяснить, что означали разные цвета в одежде жителей Лок Чайлд-Ламонда на планете Витус-Грей-Балиан Б. Дем Риа рассказывала, что сто лет назад те, кто сейчас живет по берегам реки, переселились из звездной системы 9352-й Лакайля. Их мир, когда-то называвшийся Горечь Сибиату, был реколонизирован имперскими религиозными фанатиками. Новые колонизаторы дали ей другое название — Неизреченная Милость — и принялись обращать местные культуры, пережившие Падение. Культура Дем Риа — миролюбивая, философская, ориентированная на взаимодействие всех членов сообщества, — предпочла обращению эмиграцию. Двадцать семь тысяч человек пожертвовали свое состояние и рискнули жизнью, чтобы снарядить древний ковчег и доставить всех — мужчин, женщин, детей, домашних животных и все-все-все после сорока девяти лет холодного сна на Витус-Грей-Балиан Б, где после Падения не выжил никто.

Народ Дем Риа называл себя Спектральной Спиралью Амуа, по названию эпической философской симфонической голопоэмы Хэлпула Амуа. В поэме Амуа цвета спектра метафорически символизировали человеческие ценности. Спиральные сочленения, наслоения, синергии и столкновения служили зримым выражением конфликтов, этими ценностями создаваемых. Спиральная симфония Амуа исполнялась с музыкой, стихами и голографическими изображениями, все вместе олицетворяло философское взаимодействие. Дем Риа и Дем Лоа объяснили, что их культура заимствовала значения цветов у Амуа: белый — цвет чистоты, интеллектуальной честности и физической любви; красный — страсть, искусство, политические убеждения и храбрость; синий — интроспективные откровения музыки, математики, индивидуальная терапия помощи другим; изумрудно-зеленый — созвучие с природой, контакт с техникой, сохранение вымирающих видов; черный — цвет мистерий, и так далее. Тройной брак, непротивление и другие особенности культуры возникли частично из философии Амуа и в большей степени — из богатой общинной культуры народа Спирали, созданной на Горечи Сибиату.

— Значит, отец Клифтон убеждает вас прийти в Церковь? — спросил я, когда боль немного отступила.

— Да, — сказала Дем Лоа.

Их супруг, Алем Микайл Алем, вошел в комнату и сел на подоконник. Он внимательно слушал, но говорил мало.

— Ну а вы что? — Я осторожно повернулся. Я не просил дать мне ультраморф уже несколько часов. Скажу честно, мне страшно хотелось его попросить.

— Если мы все примем крест, маленького Бина Риа Дем Лоа Алема отправят на базу в Бомбасино. Даже если они не смогут его вылечить, Бин вернется к нам… после… — Дем Риа опустила голову и спрятала руки в складках одежды.

— Они не позволят принять крест только Бину? — догадался я.

— Конечно… Они всегда стоят на том, что обратиться должна вся семья. Впрочем, это можно понять… Отец Клифтон очень расстроен, но он надеется, что мы примем Иисуса Христа и примем не слишком поздно…

— А ваша дочь, Сес Амбре — ей бы хотелось стать христианкой? — спросил я и тут же понял: это слишком личное, о таком не спрашивают. Но мне было интересно, да и размышления об этой мучительной дилемме отвлекали от моей вполне реальной, но куда менее значимой боли.

— Сес Амбре хочет стать возрожденной христианкой и полноправной гражданкой Священной Империи, — ответила Дем Лоа, поднимая голову. — Тогда ей позволят посещать церковную академию в Бомбасино или в Кероа-Тамбат. Она считает, что там ее ждут интересные брачные перспективы.

Я раскрыл было рот, передумал, а потом все-таки сказал:

— Но ведь тройной брак не… Разве Церковь позволит…

— Нет, — сказал Алем. Он нахмурился, серые глаза смотрели грустно. — Церковь не допускает ни однополых, ни полигамных браков. Наша семья погибнет.

Я заметил, как все трое обменялись взглядами… и в этих взглядах была такая любовь и такой страх потери, что это на долгие годы останется со мной.

Дем Риа вздохнула:

— В любом случае это неизбежно. И отец Клифтон прав… мы должны сделать это сейчас, ради Бина, а то дождемся: он умрет истинной смертью, мы потеряем его навсегда… и только потом примем крест. Уж лучше водить нашего мальчика на воскресную мессу и слушать, как он смеется, чем ходить в собор, чтобы поставить свечу за упокой его души.

— Почему неизбежно? — удивился я.

Дем Лоа пожала плечами.

— Наше общество Спектральной Спирали зависит от всех его членов… Все витки и составляющие Спирали должны быть на своем месте, чтобы взаимодействовать, работать ради прогресса и добра. Но все больше и больше людей Спирали оставляют свои цвета и принимают крестоформ. Ядро долго не продержится.

Дем Риа коснулась моего локтя, как бы желая подчеркнуть то, что скажет дальше:

— Все-таки они не сумели нас принудить. — Ее голос звучал как шелест ветра в кружеве занавесей за ее спиной. — Мы способны оценить и чудо воскрешения, но… — Она замолчала.

— Но это очень тяжело, — договорила Дем Лоа, и ее ровный голос вдруг сорвался.