Финальная затяжка, а дальше – черный ход, ступени и подвал, на удивление, огромный и наполненный людьми. Люди сидели на стульях или стояли за верстаками, ковыряясь внутри механических и электронных устройств. Вращались отвертки, стучали молотки, звенели пилы-болгарки, медленно, но верно разрушая то, что было собрано на неких конвейерах или склепано вручную. Раскуроченная техника погружалась на тачки, после чего увозилась, чтобы вскоре оказаться в том самом дворе.
С Мятлиным местные деятели здоровались приветливо, а вот на Башкира поглядывали с неприязнью. Он тоже источал одно лишь ехидство и высокомерие.
– Придурки! – говорил с усмешкой. – У них нет шанса!
– Это у тебя нет шанса! – отзывались из-за верстаков. – Чего вообще явился? Вали отсюда, только человека нам оставь! Он – наш!
Мятлин растерянно улыбался, не очень-то соображая – чей он? С кем он, мастер, так сказать, культуры? Потом перед глазами все закружилось, кажется, подступила тошнота, и картинка исчезла…
Очнулся он в одежде и в обуви, на своей кровати. В голове было на удивление ясно, только мир по-прежнему оставался черно-белым. Цветное зрение вернулось лишь после того, как оприходовал граммов двести виски, стоявшего в баре. Анализировать недавний кошмар не хотелось, и он опять провалился в сон.
Спустя несколько дней на пороге возник Башкир – хмурый и недовольный. Уселся перед компьютером, включил и, не дожидаясь загрузки, вытащил из кармана полиэтиленовый мешочек:
– Тут осталось кое-что… Хочешь?
– Убери свое «кое-что»! – замахал руками Мятлин. – Я даже запаха переносить не могу!
– Зря, – философски ответил визитер. – О, мутировал! – указал он на экран, где зловеще помахивал хвостом тупорылый хищный кит. – Видишь, даже Windows не грузится? Это кашалот его сжирает. И данные все сжирает… короче, пипец компу. Ну что ж, земля пухом, и как там еще? Ага, царствие небесное!
Он встал и театрально перекрестился.
– И что теперь делать? – растерянно проговорил Мятлин. – Если земля пухом?
– Все менять на фиг, включая IP-адресок. Не возражаешь, если жесткий диск выну? Это опасная штука, но кто не рискует, как говорится…
С этими словами он в мгновение ока раскурочил ноутбук, вынул какую-то детальку и спрятал в кейс.
– Погляжу на досуге, что там эти китеныши натворили… Так ты точно не хочешь? – указал он на свой карман.
– Точно не хочу. Не до этого, честное слово.
Виртуальная морская живность заставила не слабо раскошелиться: пришлось менять и компьютер, и провайдера. Но Мятлин пока не решался включать новую технику, опасаясь, что ее тоже порвут, как Тузик грелку. Он предпочитал заходить в Сеть осторожно, с чужих машин, больше как наблюдатель, а не участник.
Письма на свой адрес он не открывал, так что вскоре скопилась внушительная «стопка» корреспонденции. Но письмо, озаглавленное «Песни китов», он не мог не открыть. Он понимал: никаких посланий с того света быть не может. События вдруг выстроились в логическую цепочку, и таинственная тень, мелькавшая там и тут, обрела плоть.
В письме не было ничего особенного, лишь приложенный звуковой файл. Во избежание порчи казенного оборудования Мятлин не стал его прослушивать, да и зачем? Он прекрасно помнил странные звуки, исторгаемые магнитофоном «Яуза», которые не мог понять ни тогда, ни сейчас. Они сидели с Ларисой на диване, по комнате плыли то ли жалобные стоны, то ли завывания, а юный Мятлин пытался уловить в них смысл. Он привык к тому, что в словах, произносимых или начертанных на бумаге, есть смысл – если не логический, то хотя бы эмоциональный, запрятанный между строк. Звуки же издавало нечто непонятное, непознанное, плавающее в темной глубине, попробуй тут дешифруй!
Что думал об этом Рогов? Вряд ли что-то положительное, этот «железный Феликс» находился от живого мира еще дальше эстета Мятлина, значит, послание было издевательской шуткой.
На следующий день он позвонил Башкиру:
– Я знаю, кто этот новый Тесла.
– Ну да?! – удивился тот. – И кто же?
Башкир все выслушал, но разделять возмущение Мятлина не спешил:
– Я тут исследую твое железо, и хочу тебе сказать… Он крут! Очень крут! В общем, если разыщешь его…
– Зачем я буду его искать?!
– В общем, если найдешь этого Рогова, передай привет от Башкира. А лучше познакомь!
Естественно, разыскать Рогова хотелось. Другой вопрос: как? Мятлин потерял того из виду в эпоху перемен, когда жизнь играла в чехарду; а еще гибель Ларисы, обессмыслившая их соперничество… От Клыпы он знал, что Рогов пропал во время испытаний какого-то секретного корабля. Но еще через пару лет дошел слух: всплыл где-то за бугром, то ли в Германии, то ли в Швеции. Жизнь и дальше разводила и отдаляла, так что со временем Самоделкин почти стерся из памяти. И тут здрасьте, воскресает!
