– Дорогие дети! – объявила завуч. – У нас в гостях большой гость, известный человек, мастер своего дела – директор нашего леспромхоза Юлий Иванович Литвиненко. Сейчас Юлий Иванович расскажет вам о перспективах развития нашей отрасли в свете последних решений краевой администрации.
– Дети, – как полагается, хорошенько откашлявшись, начал Юлий Иванович, – вы, наверное, сами понимаете, какая у нас непростая работа. С одной стороны, все ясно – лес вали, вези да сплавляй. Но, с другой стороны, все гораздо сложнее. Государство – это очень сложный организм, и каждая промышленная область – это отдельный орган, без которого всему организму плохо придется.
– А мы какой орган? – поинтересовалась губастая барышня в первом ряду.
– Думаю, что мы – рот, – ответил Литвиненко, но подумал и поправился: – хотя нет. Рот в Москве. Мы кишечный тракт. Или нет! Мы – руки. Не обе конечно, только левая. Потому что правая – это наша героическая российская армия. Есть еще вопросы?
Руку поднял молодой человек, причем поднял он левую, а правой продолжал ковырять в носу.
– Когда киноустановку починят? Мы по кино соскучились. За тридцать километров ходить надо, – произнес он. – Мы каждую неделю «Годзиллу» привыкли смотреть.
– Вытащите, пожалуйста, палец из носа. Вы же цивилизованный человек, дитя индиго, мягко говоря, – для начала попросил Юлий Иванович, дождался, пока молодой человек выполнит его просьбу, и ответил: – Позавчера я заказал в центре два новых DVD-проектора. Корейских. Со дня на день привезут.
Школьники довольно зашумели. Когда шум стих, руку подняла худенькая девушка в зеленом платье.
– Люди говорят, что вы узкоколейку по звездам кладете?
– Небось агроном из соседнего совхоза слухи распускает?! – осерчал Литвиненко. – Ну, ничего. Время будет, я с этим мракобесом разберусь!
– И еще говорят, что звезды вас сами выбрали, – подала голос та же барышня.
– Даже не знаю, что и сказать! – развел руками докладчик. – В некотором смысле – конечно, без звезд не обошлось, но не тех, которые вы имеете в виду.
Не обратив должного внимания на его метафору, школьники, видимо, решили, что директор – человек в заданной теме далеко не случайный, и принялись шумно обсуждать его ответ между собой.
– Собаку надо было зарезать на первом звене, – кричал один из молодых людей. – Тайгу не подмажешь, морок найдет.
– На чистую, чистую вести, – не согласился с ним его сосед по ряду. – К чистой мечте, в чистую, как старцы завещали. И только на двадцатилетней сосне рельсу класть!
– Правильно, дождаться, когда Водолей в силу войдет, и класть, – присоединилась к ним девушка в зеленом платье. – Агроном так сказал, агроном свой в астрале.
– Что происходит? О чем они говорят? – недоуменно обратился к директору школы Юлий Иванович.
– Местные бытовые суеверия, – смущенно ответил тот. – Удаленность от крупных жилищных комплексов, недостаток витаминов, пьющие родители. Все вместе – и вот результат.
– Все. Пойду я, – устало поднялся со стула Литвиненко, – в контору мне надо.
– Что по поводу коня? – тронул его за рукав Рыбаков.
– Какого коня? – уточнил он.
– Гимнастического коня, – пояснил физрук. – Без хорошего гимнастического коня каши не сваришь. Я, конечно, сколотил детишкам из оцинкованного бревна. Но щепа есть. Детки яичками колются. Будет конь?
– Будет, – пообещал Юлий Иванович. – Магистраль проведем, и все будет: кони, бензопилы новые, трубы и режиссер из Петербурга. Только магистраль сначала.
В кабине, у развешенной карты строительства магистрали, его ждал начальник планового отдела. Валериан Павлович отмечал флажками пройденные километры.
– Километр и двести пять метров, – сообщил он и, взглянув на директора, спросил: – Чего вы бледный такой? Заболели?
– Устал я, господин Рюриков. Целыми днями по выработкам мотаюсь, в школе был, с докладом. Странный у вас край, Валериан Павлович, очень странный, – заваливаясь на диван у окна, ответил Литвиненко.
– Чего вы ждали?! – усмехнулся тот. – Вдали от мира живем. Свои истории, свои привычки. Штиль очень осторожно директорствовал. Всего опасался, все учитывал.
– Опять вы мне про этого Штиля заладили, – укорил Юлий Иванович. – Обидно, честное слово! Вы на концерт в следующую пятницу пойдете?
– Это мой долг, – подтвердил начальник планового отдела. – Массовые мероприятия без присмотра – первый шаг к хаосу. И так народ волнуется.
– По поводу чего волнуется? – насторожился директор.
– Людям Прокопенчука завидует. У них и сверхурочные, и премии, и доппаек, – объяснил Валериан Павлович. – Через продавцов в мини-маркете местами укладчиков спекулируют. Я уже с участковым переговорил. Он должен строгий выговор товароведу сделать. Лишь бы информация об этом наверх не добралась.
– И сколько эти места стоят? – поинтересовался Юлий Иванович, внутренне содрогнувшись от понимания будущей участи, выпавшей на долю мздоимца-товароведа.
– Четыре кило золота, – как ни в чем не бывало ответил Рюриков.
– Какого золота?! – изумился Литвиненко.
– Обычного золота. Сваркой плавленного.
– Откуда же здесь золото?
