— В Редлэндс, — ответил Джейк, искоса взглянув на нее, а затем снова переключив внимание на дорогу. — Ники, сразу после Дня благодарения я уезжаю на гастроли в Англию на целый год. Это значит, что потом мы увидимся только на следующее Рождество. Поэтому я хотел бы как можно чаще видеть Брайану до отъезда.
Николь сделала отрицательный жест и собралась что-то возразить, но Джейк не дал ей говорить.
— У нас обоих сейчас слишком мало свободного времени, — перебил он. — Ты готовишься к рождественским выступлениям, у меня — постоянные репетиции с группой. Но я кое-что придумал, Это устроит и тебя, и меня.
Держась за руль, Джейк сжимал и разжимал руки. Николь понимала, как он волнуется, и в душе ей хотелось хоть немного помочь этому всегда такому сильному и уверенному в себе человеку.
— Мой коммерческий директор подыскал студию недалеко отсюда, где мы могли бы репетировать, а я забронировал номер в «Хилтоне». Утром я всегда работаю, но потом смог бы проводить время с Брайаной. А ты будешь спокойно заниматься со своими ученицами, зная, что дочка в надежных руках. И Рождество я хотел бы провести вместе с дочерью… как отец, а не как посторонний ей человек.
Припарковав машину на небольшой стоянке, Джейк взглянул на Николь, стараясь по глазам прочесть ответ.
Николь к тому времени уже приняла окончательное решение, давшееся нелегко:
— Ладно, я разрешу тебе чаще видеться с Брайаной.
Джейк заулыбался. Появившийся в глазах теплый блеск снова напомнил Николь о ласковых водах Карибского моря. Сердце ее учащенно забилось.
— Я знал, что ты не откажешь мне. Вот почему я и решил, что вам с Брайаной пора познакомиться с моими друзьями. Сегодня мы все вместе позавтракаем.
— Ты собираешься нас познакомить сегодня? — изумленно воскликнула Николь. — А что ты им сказал? — Ей стало немного не по себе от такой прыти Джейка.
Джейк взял ее руку, сжавшуюся в кулак, и, осторожно разжав каждый пальчик, нежно провел по ладони.
— Все рассказал.
В смятении Николь снова сжала руку в кулак.
— Никто из них ведь ни разу не видел Брайаны, и поэтому все бы чувствовали себя неловко, если бы я не сказал им, — спокойно продолжил Джейк. — Мне не хочется, чтобы тебя приводили в замешательство неловкие вопросы и любопытные взгляды.
Джейк дотронулся до ее плеча, но Николь резко отстранилась. Не хватало еще, чтобы он почувствовал, как сильно она волнуется.
— Ники, в наше время рождение внебрачных детей уже никого не шокирует. — Джейк ухмыльнулся, проведя рукой по бритой щеке. — Их больше шокировала моя новая внешность, а не то, что они услышали о тебе и о Брайане. Представь, ни один из них никогда не видел меня без бороды.
Николь тоже усмехнулась, вообразив, какой переполох среди знакомых Джейка вызвало исчезновение его знаменитой бороды.
— Кажется, дело идет на лад, — добродушно пошутил Джейк, заметив ее улыбку. — Теперь, когда они знают все о вас обеих и о том, что Брайана моя дочь, тебя примут такой, какая ты есть.
Джейк коснулся пальцами ее щеки, отчего она почувствовала легкое подрагивание во всем теле.
— Ники, они тебе понравятся.
— Уверена, что так и будет, — ответила Николь. Однако голос ее звучал вовсе не уверенно. Взяв сумочку и собрав все свое мужество, она добавила: — Ну что, идем? Кажется, пора.
На лице Джейка отразилось облегчение и что-то еще, незнакомое.
— Погоди, у меня кое-что есть для тебя.
С этими словами он открыл перчаточный ящик и вытащил оттуда конверт.
Николь недоверчиво смотрела на этот неожиданно появившийся конверт в руках Джейка.
— Это еще что?
— Только не сердись. Это вам с Брайаной от меня.
Николь боялась брать конверт: почему-то ей показалось, что его содержание связано с пережитой болью.
— Ну же, открывай.
Медлить дальше было неудобно. Вскрыв конверт, Николь обнаружила там толстую пачку больничных фирменных бланков, с которыми ей приходилось сталкиваться каждый месяц на протяжении трех лет. Не обратив внимания на небольшую книжечку, выпавшую из конверта, она начала поочередно разворачивать медицинские счета Брайаны. На каждом стояла печать «оплачено».
Оцепенев от неожиданности, Николь не знала, что делать. Ей следовало поблагодарить Джейка, но все нужные слова куда-то улетучились. Внезапно Николь почувствовала, что вместо благодарности ее начинает переполнять злость. Она не нуждалась в чьей-либо помощи ни до страшных дней болезни Брайаны, ни после.
— Я не смогу принять это от тебя, — наконец выговорила Николь.
— Можешь. И ты сделаешь это, — возразил Джейк, и она услышала несгибаемое упрямство в его голосе. Взгляд Джейка выражал необычайную решимость. — Ты четыре года растила Брайану одна. — Он кивнул в сторону лежавшей на ее коленях книжечки: — Это банковская книжка. Я намерен открыть счет в банке на имя Брайаны и перевести на него эти деньги, а затем делать регулярные взносы, пока ей не исполнится восемнадцать лет. Данным вопросом сейчас занимается мой юрист. — Джейк порывисто схватил Николь за руку. — Я ее отец, Ники. Если не хочешь выходить за меня замуж, то позволь хотя бы так помочь вам.
