Викентьевна похлопала «родственницу» по плечу и вышла за дверь, напевая что-то на украинском языке.
– Проходи, туфли снимай, я вчера только подметала, – приказала Шарафова, а сама полезла в тумбочку, доставая оттуда посуду. – Я картошечку с утра сварила, будешь?
– Нет, спасибо, – улыбнулась Гербер, ставя свои башмачки возле дряхлых стульев под вешалками. – А ты тоже в аспирантуру поступаешь или ещё учишься?
– В аспирантуру, – кивнула Луиза.
– Значит, мы с тобой в какой-то степени коллеги, – обрадовалась Лавра, рассматривая комнату. – Я собираюсь поступать на кафедру отечественной истории.
– Понятно. А ты где диплом защитила, в Киеве?
– Нет, – засмеялась Лавра. – Я соврала для этой женщины. На самом деле я с Поволжья, но получила диплом СПГУ. А ты?
– Начала учиться в Грозном, а закончила в Нижнем Новгороде. Оттуда меня направили сюда, сказали, есть шанс получить более глубокие знания. Правда, у меня с историей древнего мира проблема. Там я защитила диплом по средневековой Европе, а здесь такого направления нет. Приходится переучиваться, пока есть время.
– А у меня с английским языком беда, – призналась Гербер, – но историю почти всю знаю прекрасно, она мне очень нравится.
– У-у-у, да что там сложного с этим «инглишем» может быть? Никаких дат и фамилий запоминать не надо, ерунда. Вот история, это да…
Девушки обменялись весёлыми взглядами и рассмеялись.
– Нам с тобой надо скооперироваться и помочь друг другу: я тебе в иностранном, а ты мне в древней истории, – сделала Шарафова заманчивое предложение.
– Было бы практично, – кивнула Лавра, трогая голый матрас и грязные подушки на своей кровати. – Скажи, постель ведь тут не выдают, нужна своя?
– Да, – удивилась Луиза. – А у тебя разве нет? Первый раз в общагу пришла?
– Угадала, в первый, – приуныла Гербер, расстёгивая молнию на чемодане. – Я как-то не думала, что буду жить здесь, поэтому и без постели, и без посуды, и вообще без всего необходимого, кроме одежды…
Она села поверх матраса и задумалась. Чеченка поначалу смотрела на неё с крайним удивлением, но через минуту догадалась, что у её новой соседки возникли какие-то неожиданные сложности.
– Такое ощущение, что ты вот-вот расплачешься, – подметила Шарафова. – Какие-то проблемы? Любимый бросил, ты у него собиралась жить, да?..
Лавра хотела согласиться с этой версией, но, подумав, мотнула головой.
– И да, и нет, – вздохнула она. – Можно я не буду рассказывать эту долгую историю? Мне сегодня откровенно не до этого…
– Но ты же думаешь сейчас об этом, – настояла соседка.
– Как-нибудь потом. – Лавра занялась распаковкой чемодана. – Интересно, много ли денег уйдёт на постельное бельё? Ты не в курсе?
– У тебя их, наверно, не хватит, а ведь ещё жить надо.
– Да, с финансами у меня туго, нужно искать работу. Но не спать же мне на пыльном матрасе…
– Не переживай из-за постели, вот уж маленькая проблема. Есть у меня сменка, одолжу на первое время. А с работой это ты верно рассуждаешь. Стипендия в аспирантуре тоже маленькая, особо не разживёшься.
– А ты сама-то где работаешь?
– Я рефераты и курсовые для заказчиков пишу, – смущённо поведала Луиза. – Правда, нынче не сезон, приходится разносить рекламные листовки, газеты всякие, брошюрки от косметических компаний.
– И много платят?
– Думаешь, платили бы много, я писала бы ночами чужие рефераты? – усмехнулась девушка. – Да я и сама в Питере без малого неделю, кое-как хоть комнату в общаге выбила. Если б не помощь брата…
– Твой брат работает в университете?
– Нет, конечно. Просто он встречается с одной девушкой, которая работает в студсовете. – Шарафова выдвинула нижний ящик комода и передала соседке комплект обещанного белья. – Ничего, в Нижнем я в первое время где только не ошивалась, пока на приличную комнату не заработала. Однажды пришлось неделю спать в списанном вагоне поезда, представляешь? Сейчас как вспомню, так дрожь пробирает.
– А ты из Грозного уехала из-за войны? – полюбопытствовала Гербер. – Я слышала, что там теперь более менее жизнь восстанавливается…
– Давай я расскажу об этом как-нибудь потом, – сказала Луиза, словно в ответ на недавний отказ Лавры поведать свою историю. – Иди, лучше поешь картошечки, у меня она редко бывает, случайно купила, когда в Сестрорецк ездила. У местных она дешевле, а тогда как раз зарплату выдали. Иди, иди, не стесняйся…
Чеченка, которую, по словам недалёкой Викентьевны, боялись местные девицы, на деле оказалась вполне хорошей и доброй. Конечно, была в ней какая-то тайна, особенно в глазах, но ведь и сама Лавра скрывала много секретов.
