Солдаты Армии Совершенных Воинов ворвались на площадку. Роланд подхватил свою М-16 и выпрыгнул из "джипа", побежав сквозь путаницу тел ко входу. Трассирующая пуля пронеслась мимо лица, он споткнулся и упал на искалеченные тела, вскочил снова и побежал дальше. Перчатки его стали малиновыми, чья-то кровь залила спереди его куртку. Этот цвет ему понравился, он подходил солдату.
На площадке он был среди десятков солдат АСВ, которые стреляли по вражеским солдатам, находящимся в магазинчиках. Серый дым вился в воздухе, горящие люди бежали по коридору, но большинство из них падало, не успев далеко убежать. Воздух содрогнулся от взрыва, когда взорвалась последняя бочка бензина, и Роланд почувствовал тошнотворную волну жара из дворика. Он вздохнул отравляющую вонь горящего мяса, волос, одежды. Земля продолжала сотрясаться от взрывов, и Роланд подумал, что это, должно быть, взлетает в воздух склад боезапасов Американской Верности.
Солдаты Верности стали бросать оружие и выходить из магазинов, взывая о пощаде. Но они ничего не получали.
- Ты! Ты! И ты! - закричал Роланд, указывая на трех солдат. Следуйте за мной! - Он побежал в направлении книжного склада.
Весь дворик был сплошной массой огня. Жар был таким ужасным, что сотни тел стали плавиться и течь. Свистящий ветер завывал у стен. Куртка Роланда, когда он пробегал мимо дворика в коридор, задымилась. Трое солдат следовали прямо за ним.
Но вдруг Роланд остановился, глаза его расширились от ужаса.
Напротив склада книжного магазина Далтона был припаркован один из танков Верности.
Солдат позади него сказал:
- О Боже...
Пушка на башне танка выстрелила; раздался раздирающий уши грохот, от которого вылетели последние стекла в складе. Но орудие было наведено слишком высоко, горячая волна от снаряда отбросила Роланда и следующего за ним солдата на землю, пройдя в четырех футах над ними. Снаряд, не взорвавшись, пробил и взорвался только в воздухе примерно в пятидесяти футах, убив много солдат из числа бросавших бочки с бензином.
Роланд и солдаты открыли огонь, но их пули без всякого ущерба отскакивали от брони. Танк дернулся вперед, к ним, давя все перед собой, а потом остановился, попятился и стал поворачивать вправо. Его башня начала кружиться, снова выстрелило орудие, на этот раз пробив в стене отверстие размером с грузовик. Скрипели и визжали гусеницы, и со взрывом, выпустив клубы серого дыма, многомиллионодолларовая машина вздрогнула и остановилась.
Или водитель не знает, что делает, или танк никуда не годится, подумал Роланд.
Открылся люк. Выпрыгнул человек с поднятыми руками.
- Не стреляйте! - закричал он. - Пожалуйста, не стре...
Его прервали пули, попавшие прямо в лицо и шею, и он сполз обратно в танк.
Два солдата Верности с винтовками появились у входа в склад и начали стрельбу. Пехотинец АСВ справа от Роланда был убит, но через несколько секунд огонь прекратился, и оба солдата Верности лежали изрешеченные пулями. Путь в склад был открыт.
Когда просвистел выстрел, Роланд нырнул на пол, а за ним и солдат. Двое других открыли огонь в темноту в глубине склада, но больше враг не сопротивлялся.
Роланд ногой выбил дверь и отпрыгнул в сторону, готовый наводнить комнату пулями, если Спасителя охраняют еще и другие солдаты. Но никакого движения, никакого шума не последовало.
Внутри склада горел единственный масляный фонарь. С винтовкой наготове, Роланд метнулся и упал на пол.
Спаситель, в зеленой куртке и бежевых брюках с заплатками, сидел в кресле. Руки были сжаты, голова откинута назад, и Роланду были видны пломбы в зубах. Кровь сочилась из пулевого отверстия между глазами. Второе пулевое отверстие было черным и опалило зеленую куртку над сердцем. Роланд видел, что руки вдруг в конвульсиях разжались и сжались. Но он был мертв. Роланд очень хорошо знал, как выглядит мертвый.
Что-то шевельнулось за фонарем.
Роланд прицелился из винтовки.
- Выходи. Быстро. Руки за голову.
Последовала долгая пауза, и Роланд чуть не выпустил несколько очередей - но потом на свет шагнула фигура с поднятыми руками. В одной руке у него был автоматический пистолет калибра 11.43 мм.
Это был брат Тимоти с мертвенно-бледным лицом. И Роланд знал, что он прав; он был уверен, что Спаситель не отпустит далеко от себя брата Тимоти.
- Бросить оружие, - приказал Роланд.
Брат Тимоти слабо улыбнулся. Он опустил руки, повернул дуло пистолета к своему виску и нажал на спуск.
- Нет! - закричал Роланд, почти бросившись, чтобы его остановить.
Но пистолет щелкнул... и еще щелкнул... и еще щелкнул.
- По его плану я должен был убить его, - сказал брат Тимоти, пока пистолет продолжал щелкать с пустой обоймой. - Он мне так велел. Он сказал, что язычники победили, и что последним моим делом будет избавить его от рук язычников... и потом избавить себя. Вот что он мне сказал. Он показал мне, куда в него стрелять... два места.
- Положите, - сказал Роланд.
Брат Тимоти усмехнулся и из каждого глаза выкатилось по слезе.
- Но там было только две пули. Как я должен был сам избавиться... если было только две пули?
