Нью-Йорк, из которого они постоянно отплывали, стал ему вскоре понятен. Гигантский город. Разнокалиберный, разношерстный, от роскошного Манхэттена до угрюмого ободранного Бронкса. Эти районы он исследовал быстро и внимательно. Поразился ухоженным паркам и скверам. Ровным квадратам стритов и авеню, кишащих людьми и автомобилями. Циклопическим небоскребам, упирающимся головами в облака. Горам мусора с разящими запахами, которые царили в переулках самого центра города-мечты. Любопытство быстро сошло на нет, и он сосредоточился на Бермудах.
Изучив всю информацию, которую только можно было найти, Пашка вычертил себе собственную маршрутную карту, предполагая попутешествовать по всем достопримечательностям островов. Еженедельно на Бермудах они должны были проводить двое суток. Это время совпадало с выходным и у артистов. По подсчетам Пашки, за время круиза он мог не только все намеченное успеть посмотреть, но и ощупать. Намечалась насыщенная программа.
Бермудские острова оказались группой коралловых островов в северо-западной части Атлантического океана, которыми владела Великобритания. Открыл их испанский мореплаватель Хуан Бермудес еще в начале шестнадцатого века. Тогда он их назвал островами Дьявола из-за трудных навигационных условий. Теперь же сюда со всех концов шли косяками туристических рыб разнокалиберные океанские лайнеры с жадными до экзотики и развлечений туристами.
Пашка узнал, что столицей Бермудских островов является Гамильтон, который получил свое название в честь губернатора сэра Генри Гамильтона.
Населения в городе всего девятьсот сорок восемь человек. Расположен Гамильтон на острове Бермуда, который представляет собой вершину потухшего подводного вулкана. Общее же число островов, объединенных названием Бермудских, было около ста пятидесяти, из которых обитаемы только двадцать. Десять островов соединены между собой сетью мостов и путепроводов и составляют так называемый Основной остров – Мэйн-Айленд. Несмотря на большое количество островов, населения всего около семидесяти тысяч человек, а общая протяженность дорог на островах составляет лишь тридцать километров.
Водопадов и рек на островах нет, поэтому местное население накапливает воду, когда идут дожди. Дома и заборы построены в основном из песчаника. Дома яркие, разноцветные, а крыши у всех белые и ступенчатые. Такие они для того, чтобы собирать воду и фильтровать ее. Идея проста – вода стекает, грязь остается на ступеньках. Водостоки ставят таким образом, чтобы по вертикальным трубам глубокие бетонные подвалы заполнялись дождевой водой. Здесь на долгое время вода сохраняется чистой и холодной, как в колодцах. Тут каждый сам отвечает за сбор воды. В случае если ее не хватает до следующего сезона дождей, люди за воду платят правительству. Вода здесь на вес золота в прямом смысле. Островитяне свои крыши белят постоянно, чтобы вода была чистой. Знатоки предупредили Пашку, если он придет в дом, где крыша грязная, воду для питья лучше не просить. Была и еще одна особенность, возведенная в закон. Стены домов должны выдерживать скорость ветра до ста шестидесяти километров в час. Поэтому они здесь довольно толстые, а ставни на окнах открываются снизу. Почти во всех домах камины, зимой тут бывает прохладно.
Климат Бермудов описывался в буклетах и рекламных проспектах как мягкий, благодаря Гольфстриму. Но действительность оказалась несколько иной. На Бермудах, безусловно, иногда идут тропические ливни. Но на самом деле здесь преобладает солнечная погода. Очень «солнечная». И это для неподготовленного европейца становится испытанием. Панамы, кепки с длинными козырьками, солнечные очки, легкие закрытые рубашечки, снадобья от загара расхватывались на кораблях и в местных лавках в секунду…
Первое, что бросилось в глаза по приезде сюда, так это распахнутые объятия самого известного общественного пляжа Horseshoe Bay Beach. Он входит в топ-десять лучших пляжей мира. Пляж живописный, с розовым песочком. В первый месяц он был почти пуст, так как было еще прохладно. Но позже Пашка ахнул, увидев на этом пляже народу, как, скажем, где-нибудь в Сочи в разгар курортного сезона. Их цирковую команду выручал еще один шикарный пляж Warwick Long Вау. На нём народу отдыхало значительно меньше. Тут не было баров и раздевалок. К тому же, когда дул сильный ветер, здесь гуляли немаленькие волны. И наконец, мало кто знал о существовании их самого любимого места. Буквально через тропинку, за скалами, пряталась небольшая бухта Jobson’s Cove. Здесь, вдали от туристической суеты и гвалта, царила тишина, покой. Волн тут не было, вода прогревалась, как в домашней ванне. Розовый песок обжигал ступни ног. Это был рай для цирковой души и измученного нагрузками тела…
