- Что?.. Да, они самые, - откликнулся Кейне, на секунду отвлекаясь от поисков.
Люце сразу узнал их. Такие использовал Талух, когда они только встретились. Один кристалл заговорен на прошлое, второй на будущее. Когда его касался маг, он определял его силу, либо ту, которой он обладает сейчас, либо окончательную, которая проявится после долгих тренировок или пробуждения. Кристалл Люце во время проверки приобрёл насыщенно-золотой цвет, сверкая так, что глазам становилось больно. Чем ярче цвет – тем выше уровень. Интересно, каким был цвет Кейне? Целитель не постеснялся об этом спросить.
- Чёрный, - просто ответил некромант, и, почувствовав удивление Люце, пояснил, - вообще у некромантов сила меряется по красному спектру. Розовый для трия, коралловый для дио, и алый для эна. Кристалл настоящего у меня принимает какой-то средний оттенок между дио и эна, - с этими словами Кейне дотронулся до правого кусочка хрусталя, который с готовностью поменял цвет, - а что касается будущего, то он чёрный, потому что я эктос.
Люце не нашёлся, что сказать, зачарованно глядя на то, как прозрачный кристалл мгновенно стал похож на антрацит. Кейне усмехнулся, заметив его реакцию.
- Вот, держи, - некромант перебросил ему какой-то небольшой, красивого голубого цвета камень, который Люце едва сумел поймать, - Это флюорит. Поможет тебе мысленно общаться со мной.
- Но директор…
- Ничего не узнает.
Кейне подошёл к кровати, и, взяв у Люце из рук камень, внимательно посмотрел в глаза своему любимому. Целитель почувствовал, как внутри от этого взгляда разрастается желание. Хотелось немедленно наброситься на Кейне, наплевав на экзамен и вообще на всех. Судя по всему, это желание отразилось у Люце на лице, потому что некромант насмешливо усмехнулся.
- То, что я сейчас сделаю – часть моего дара. Если не хочешь, то скажи.
- Я тебе верю, - просто ответил Люце, и это было чистой правдой.
Закрыв на мгновение глаза, Кейне принялся шептать что-то на том самом языке, который Люце уже слышал тогда, в большом зале, прямо перед тем, как мёртвая кошка вернулась к жизни. Произношение было каким-то исступлённым, каждое слово говорилось с надрывом, от которого становилось жутковато. Голубой флюорит вспыхнул, словно его выставили на солнце, и отчётливо заблестел, мелко дрожа. Но Кейне, похоже, это ничуть не удивило. Продолжая шептать заклинание, некромант медленно, почти ласково провёл камнем по груди Люце, вызывая сладкую дрожь вожделения, а потом вдруг резко, даже не меняя интонации, надавил на камень, словно вбивая его Люце в грудь. Целитель даже не успел испугаться, всё произошло слишком стремительно. Было совершенно не больно, просто внутри теперь чувствовалось что-то непривычно холодное, как кусок льда.
- Это ненадолго. Я его вытащу сразу после экзамена.
Не сразу Люце понял, что последнюю фразу некромант сказал мысленно. Это было…непривычно.
- Ты меня слышишь? – чувствуя себя немного глупо, спросил целитель.
- Да, каждую твою мысль, - улыбаясь, откликнулся Кейне.
Люце, покраснев, постарался не думать о том, как сильно он сейчас хочет вновь почувствовать любимого в себе, и о том, насколько хорошо ему было с ним ночью.
- Это я тоже слышу, - уже вслух сказал Кейне, ехидно усмехнувшись.
Лицо Люце приобрело просто малиновый цвет, и он, вскочив с кровати, принялся поспешно одеваться.
- Я тоже хочу тебя, - мысленно передал ему Кейне, уже без всяких насмешек, но в ответ услышал лишь обречённое:
- Экзамен…
Вздохнув, некромант потянулся за джинсами, чувствуя, что сегодня ему будет сложно дожить до вечера, купаясь постоянно как в своём возбуждении, так и в желании Люце.
- Кейне… спаси меня… - раздался в голове некроманта жалобный голос.
Отвлекаясь от прочтения последней главы рунической книги, Кейне поспешно откликнулся:
- Что там у тебя?
- Гримуар Ронвены. Я его ненавижу. А тут ещё нужно привести пример хотя бы трёх заклинаний из него, разобрать их построение и проанализировать подбор слов.
Кейне удивлённо присвистнул: похоже, его целитель умудрился вытянуть самый сложный билет.
- Слушай, самого гримуара у меня под рукой нет, но я помню заклинания. Правда, они все на призыв высших демонов...
- Плевать.
Кейне злорадно улыбнулся, представив себе лицо директора и всех сидящих на экзамене учеников, когда святой мальчик, эна-целитель Люце, начнёт сыпать у доски формулами призыва Лилит, Соннелона и Асмодея. Некромант очень жалел о том, что не может этого увидеть.
- Пиши, я диктую…
- …слушай, а это точно стихи из гримуара? Ты от себя ничего не добавил?
Кейне в ответ обиженно промолчал.
- Уфф… спасибо, правда.
- Не за что. В качестве благодарности потом расскажешь мне, как отреагировал директор на твой ответ.
