Сильные руки увереннее обняли тонкую талию, скользнув по золотому каскаду роскошных волос, мягкие губы коснулись сначала лба, потом щеки, а потом медленно, ласково встретились с мягкими губами Марии. Женщина закрыла глаза, блаженно вздохнув и отдаваясь любимым объятиям, постепенно забывая страх от того, что она только что видела. Разрушение… война… восстания…смерть и злость – всё то, чего она так стремилась избежать. По телу женщины пробежала холодная дрожь, пальцы судорожно сжались, и она испуганно распахнула глаза, попытавшись оттолкнуть Лораса. Мужчина держал её крепко…
По рукам прокатывались ледяные волны, пальцы холодели и отказывались двигаться, и Мария, в последней отчаянной попытке, всё же сумела вырваться из стального захвата рук. Она пыталась закричать, но голос уже ей не повиновался. Она смотрела на мужа, и в её взгляде можно было прочитать все вопросы, всё её негодование. Он, тот, ради кого она отказалась от всего… предал её?
- Спокойнее, дорогая Мария, - произнёс вдруг Лорас совершенно чужим, бархатным и вкрадчивым голосом, - вы уже ничего не измените… Как вы понимаете, я не ваш муж. Ваш слишком сильный дар, и то, что Высшие посылали вам столь поразительные картины будущего, погубило вас обоих. Конечно, я рад, что я знаю теперь, что мне делать, но мне, всё же, жаль, что пришлось вас обманывать. Ну, ничего. Главное, что теперь уже никто ни о чём не узнает…
Мария, судорожно пытаясь вдохнуть воздух, рухнула на пол, содрогаясь от сжимающих тело судорог и царапая ногтями выложенный белой плиткой пол. От ненависти, исходившей от неё, казалось, мог бы воспламениться и камень, но тот, кто принял личину её мужа оставался совершенно спокойным.
- Прощайте, дорогая Мария. В утешение вам могу сказать лишь одно: для верной бесплодной жены в постели вы весьма хороша…
Для Алисандра это утро началось, как и сотни других до него: всё ещё юный, но уже всеми признанный маг бессовестно опаздывал. Нэй был на ночном дежурстве, и поэтому будить Лаура никто явно не собирался. И именно поэтому, бормоча все проклятия и поспешно натягивая на себя первые попавшиеся вещи (рубашка, как позже выяснилось, вообще была не его), парень бегал по комнатам, оглушительно хлопая тяжёлыми дверями и гремя всем подряд.
В зеркало у него получилось заглянуть лишь мельком, да и то исключительно для того, чтобы отметить, что после сна одна прядь его светлых волос как-то странно встопорщилась и на место возвращаться явно отказывалась, торча наподобие загнутой антенны где-то сбоку. Будь у него пять минут – он бы решил эту проблему, но у него и позавтракать-то времени не оставалось, не то что на волосы. Вообще можно было попытаться применить магию, но без Нэя она порой жутко капризничала и могла выкинуть такое, что Алисандр бы потом вообще не сумел из дома выйти.
В коридоре, торопливо зашнуровывая кожаные ботинки и сдувая с лица мешающие этому процессу волосы, Лаур пытался вспомнить, всё ли необходимое для утренней тренировки он взял. Вообще-то его обучение закончилось уже год назад, но его дар постоянно требовал весьма уверенного и чёткого контроля, для которого нужно было уметь сосредоточиться в любой ситуации. И именно с этим у мага были большие проблемы. Учитель, пожилой и весьма уважаемый служитель Высших, переносил беспутного мальчишку с огромным трудом хотя бы потому, что на уроки требовал приходить в спокойном и уравновешенном состоянии, что, учитывая ежеутренние сборы Алисандра, было решительно невозможно. Так что доставалось боевому магу немало, и порой на саму службу он приходил уже выжатый как лимон. К счастью, от него довольно редко чего-то требовали, и при дворе он находился скорее для галочки, как представитель одной из самых знаменитых магических пар.
Служба, в принципе, была делом не особо хлопотным, и были в ней весьма приятные моменты. Такие, например, как ревность Нэя… да-да, Пробуждающий ревновал Алисандра к наследной принцессе, потому что её высочеству было угодно проявлять к симпатичному блондину немалый интерес, и порой баловать его своей излишней добротой и явной благосклонностью. Каждый раз, когда Алисандр находился на посту, стоя у входа в королевский парк, Сесиль Сэфис устраивала себе долгие прогулки, на которые выбирала лучшие наряды, в которых с удовольствием дефилировала почему-то именно вдоль ворот.
Вообще-то Алисандр на все 100% предпочитал свой пол, правда принцесса об этом не знала, а Нэй, зная, всё равно не мог успокоиться. Так что вот так и проходила для них обоих служба: в невинных милых развлечениях, частом общении друг с другом и редким с его величеством. Впрочем, юной магической паре жаловаться было уж точно не на что…
Натягивая пальто, Алисандр уже вылетал из дверей, пытаясь при этом просунуть руку в левый рукав, как вдруг ударился обо что-то. Точнее, судя по ощущениям, об кого-то. Подняв вверх свои чистые голубые глаза, Лаур увидел Нэя. Хмурого, подавленного и какого-то растерянного. В общем, совершенно не такого, каким он был обычно по возвращению с дежурства. Да и возвращаться-то, по сути, было рано…
