Мужчина задумчиво погладил аккуратно подстриженную бороду и с нежностью посмотрел на дочь. Её светло-серые глаза были полны слёз, которым она изо всех сил старалась помешать сорваться.
- Алеит, пойми: этот некромант опасен. Убить его – долг нашего клана, милая.
- Он эктос, папа! Сорок лет… ты даже не…
«…не знаешь, осталось ли у тебя столько!» - хотела сказать девочка, но не смогла. Однако, отец её прекрасно понял.
- Возможно, вам не понадобится сорок лет, - аккуратно начал пришедший в их дом боевой маг, - мы отправляем на его поимку только лучших. Достаточно будет ослабить его до уровня дио, с этим мы вполне сможем справиться.
- Но это его не убьёт, - возразил мужчина.
- Мы могли бы сковать его заклинанием.
- И запереть в заколдованной камере до конца жизни?
Боевого мага явно смутил тон, которым был задан вопрос.
- Поймите, у нас нет выхода. Он эктос, и очень опасен.
- Почему же тогда за ним последовал целитель? – усмехнулся охотник, и боевой маг не нашёлся, что ответить.
На некоторое время в комнате повисла тишина, а потом Алеит, посмотрев в добрые и такие же серые глаза отца, тихо предложила:
- Я могу пойти, папа.
Мужчина едва сдержал удивлённый вздох. Любимая, единственная дочь – всё, что осталось ему на память от погибшей жены. Да, она знала необходимые заклинания. Но в глубине души мужчина надеялся, что ей никогда не придётся ими воспользоваться.
- Милая, ты ещё так молода… - с горечью произнёс мужчина.
- Именно поэтому, отец.
В светло-серых глазах была решительность, которой невозможно было не восхищаться: хрупкая, нескладная девочка – она всё же была его дочерью, она унаследовала его характер.
- Как вы найдёте некроманта? Как я понял, он скрывает следы крайне умело.
- Наша предсказательница видела их. Мы знаем, куда они направляются. Не совсем точно, но достаточно для того, чтобы начать погоню, - видя, что мужчина всё ещё сомневается, маг поспешил напомнить ему об оплате, - мы готовы заплатить пятьдесят луа.
Охотнику, казалось, до денег нет никакого дела. Он внимательно смотрел на свою дочь, пытаясь решить, как будет лучше поступить.
- Мы дадим вам ответ завтра утром, - не терпящим возражений тоном сказал мужчина, и боевой маг, поняв, что больше находиться в этом доме ему нет смысла, вежливо откланялся…
Алеит, глубоко вздохнув, открыла глаза и тут же схватилась за шею: под пальцами чувствовался лишь тонкий шрам. Торопливо осмотревшись по сторонам, девочка заметила, что окружена согревающим куполом, и что она совершенно одна. Некромант, целитель, как и трупы боевых магов, исчезли бесследно.
Неуверенно поднявшись, Алеит дотронулась до купола, и он тут же исчез без всяких последствий, которых она опасалась.
«Целитель меня оживил… а некромант ему позволил. Он даже создал этот купол, чтобы я не замёрзла во сне…» - растерянно подумала девочка.
Смеркалось. Сквозь ветви деревьев было видно алое закатное солнце и первые звёзды. Похоже, она пролежала здесь несколько часов. Алеит искренне не понимала, почему её оставили в живых.
- Запомни, милая, кто бы что ни говорил – не все некроманты плохие. Я много путешествовал в своей жизни, чтобы понять это. Среди них, конечно, есть настоящие подонки, которых нужно уничтожать. Но такие же маги есть и среди заклинателей, чтецов, предсказателей и прочих. Мы все созданы Высшими, и мы отнюдь не идеальны…
- Папа, - тихо прошептала девочка, вспоминая слова своего отца, - что мне теперь делать?
Она не могла решить, следует ли преследовать некроманта дальше. С одной стороны, её работа ещё не закончена, но ведь и боевых магов с ней больше нет. Она слишком молода, без них она не справиться. Она знает лишь заклинания, но они пока отбирают слишком много сил, которые юному телу сложно восстановить.
Её отец мог сражаться на мечах, он мог произносить заклинание для убийства некроманта одно за другим, не делая перерывов. Но она так не может. Она ещё не готова до конца, ведь ей всего двенадцать. И она уже отдала десять лет. Может ли она позволить себе потратить ещё сорок?
«Я должна посоветоваться с отцом. Я не могу принять такое решение сама», - наконец, решила Алеит, и, плотнее укутавшись в утеплённый дорожный плащ, принялась чертить на земли руны заклинания…
Кейне, обойдя в очередной раз вокруг костра, застыл в нерешительности. Люце уже удобно устроился на постеленном на земле матрасе, укрывшись вытащенным из подпространства одеялом. Они всегда спали вместе, но после сегодняшнего Кейне не был уверен, что имеет на это право. Он боялся даже говорить со своим любимым, не то что прижиматься к нему ночью. Свои права на это тело он потерял сегодня, как ни горько было это признавать. Ведь Люце больше так и не сказал ему ни слова.
Вздохнув, Кейне призвал ещё один матрас и принялся расстилать его с противоположной стороны костра, как вдруг услышал тихое:
- Ложись со мной.
Сначала он подумал, что ослышался. Но Люце, откинув одеяло, пристально смотрел на него, и по его лицу было понятно, что он не шутит.
- Но…
- Ложись. Я не хочу спать один.
