Сага не смотрела на него, но отметила, что он приближается. Пот капал с его лица на пол.
— Где ты сидела, пока тебя не привезли сюда?
Берни подождал ответа, несколько раз ударил кулаком по стене, после чего снова посмотрел на Сагу.
— В Карсуддене, — пропищал он самому себе. — Я сидела в Карсуддене, а потом перебралась сюда, потому что хотела быть с Берни…
Сага отвернулась, успев заметить, что за третьей дверью появилась темная тень. Вальтер слушал их разговор.
— В Карсуддене ты должна была видеть Екатерину Сталь, — сказал Берни своим обычным голосом.
Сага покачала головой — она не помнила такого имени, не знала даже, идет речь о пациентке или санитарке — и честно ответила:
— Нет.
— Потому что она сидела в больнице Святого Сигфрида, — улыбнулся Берни и сплюнул на пол. — А кого ты тогда там видела?
— Никого.
Берни пробормотал что-то о рабах-скелетах и встал перед тренажером, пристально глядя на Сагу.
— Если соврешь — разрешишь мне пощупать твою киску, — предложил он и почесал светлые усы. — Ты ведь этого хочешь?
Сага остановила дорожку, постояла, думая, что надо придерживаться правды. Она ведь действительно была в Карсуддене.
— А Микке Лунд? Ты должна была видеть Лунда, если сидела там. — Берни вдруг улыбнулся. — Такой высокий парень, метр девяносто… со шрамом на лбу.
Сага кивнула, не зная, что сказать, подумала, что лучше не отвечать, но все же ответила:
— Не видела.
— Да что ты!
— Я сидела у себя, смотрела телевизор.
— Там в боксах нет телевизоров. Ну ты и врешь, мелкая…
— В изоляторе есть, — перебила Сага.
Берни прерывисто задышал, продолжая с улыбкой пялиться на нее. Сага не могла решить, знает ли он о порядках Карсуддена. Берни тем временем облизнул губы и подошел еще ближе.
— Ты моя рабыня, — медленно объявил он. — Ох, какая штучка… Вот ты лежишь и облизываешь мне пальцы ног…
Сага сошла с дорожки, вернулась к себе и улеглась на койку. Берни еще какое-то время вопил у нее под дверью, а потом снова уселся на диван.
— Вот черт, — прошептала она.
Завтра придется поторопиться. Сесть на край дорожки, поправить обувь и закрепить микрофон. Она будет широко шагать по беговой дорожке, ни на кого не глядя, а когда появится Вальтер, просто уйдет к себе.
Сага постаралась представить себе, под каким углом расположены диван и стены по отношению к стеклу перед телевизором. Там, где выступающие детали заслоняют камеру, — слепые пятна. Когда Берни ущипнул ее, она стояла в одном из таких пятен. Вот почему персонал никак не отреагировал.
Сага пробыла в отделении Лёвенстрёмской больницы чуть больше пяти часов, а уже совершенно вымоталась.
Комната с металлическими стенами теперь казалась ей теснее, чем раньше. Сага зажмурилась, напоминая себе, зачем она здесь. Увидела перед собой девушку с фотографии. Все это — ради нее, ради Фелисии.
Члены группы «Афина» сидели неподвижно, вслушиваясь в трансляцию, шедшую в режиме реального времени из дневной комнаты. Звук был плохой, приглушенный и прерывался громким скрежетом.
— Звук все время будет такой? — спросил Поллок.
— Она еще не приклеила микрофон. Может, он пока лежит в кармане, — ответил Юхан.
— Только бы ее не обыскали.
Звук снова стал невнятным. Микрофон терся о подкладку штанов, слышались легкое дыхание Саги, стук шагов по беговой дорожке и болтовня из телевизора. Члены «Афины», словно слепые, передвигались по миру закрытого отделения только при помощи слуха.
— Обрахиим, — послышался вялый голос.
Вся группа тут же сосредоточилась. Юхан сделал звук погромче и настроил фильтр, чтобы уменьшить шумы.
— Это он, — продолжал тот же голос. — Я сделалаю его своим рабом, своим рабом-скелетом.
— А я-то было подумала, что это Вальтер, — улыбнулась Коринн.
— Да ну к черту, — продолжал голос. — Проверить губы… я бы…
В молчании они слушали поток агрессивных слов, которые изливал пациент, потом — как санитар положил им конец. После его вмешательства на несколько минут стало тихо.
Потом второй пациент стал подробно и подозрительно допрашивать Сагу насчет Карсуддена.
— Она молодец, справляется, — сосредоточенно заметил Поллок.
Они услышали, как Сага вышла, так и не пристроив никуда микрофон.
Она тихо ругалась себе под нос.
Вокруг нее образовалась абсолютная тишина, потом зажужжал электрический замок двери.
— Во всяком случае, можно констатировать: техника работает, — сказал Поллок.
— Бедная Сага, — прошептала Коринн.
— Она должна была приклеить микрофон, — проворчал Юхан.
— Наверное, не получилось.
— Но если ее раскроют…
— Не раскроют, — перебила Коринн.
Она улыбнулась, взмахнула руками, и приятный запах ее духов распространился по кабинету.
— И пока — никакого Вальтера. — Поллок коротко взглянул на Йону.
— А что, если Вальтера содержат в строгой изоляции? Тогда вообще все напрасно, — вздохнул Юхан.
Йона промолчал. В услышанном все же что-то было. Несколько минут у комиссара сохранялось ощущение почти физического присутствия Вальтера. Словно Вальтер был в дневной комнате, хотя и не сказал ни слова.
— Послушаем еще раз, — предложил он и посмотрел на часы.
