Она была права: способы трёхмерного пространства здесь не работали. Для защиты планеты или приравненного к ней объекта, например, комплекса терминалов, создавалась «сеть», охватывающая весь объект. «Сеть» эту создавали особые боевые установки, находящиеся на больших боевых терминалах, и сравнительно небольшие, чуть больше земных спутников, станции. Все вместе они создавали мощное энергетическое поле, уничтожающее защитные поля любого приблизившегося к нему на недозволенное расстояние корабля или киборга; кроме того, она не позволяла создавать вблизи охваченного пространства зону перехода, и это исключало внезапное нападение. Анна долго разглядывала большие корабли. Помимо киборгов существовали корабли классов «галит» — в Лиге, и «арт» — в Союзе; тяжёлые линейные корабли, несущие по нескольку десятков боевых Крыльев; боевые корабли, корабли — разведчики. Все они были разными и по форме, и по размеру, и по своему предназначению; объединяло их одно: они не могли сами создавать себе зону перехода, для этого существовали установки в космосе, создающие гиперпространственный коридор. Корабли-разведчики были самыми громоздкими, потому, что несли с собой необходимое для подобной установки на новом месте — если повезёт, и избранный участок космоса будет свободен от каких-либо опасных энергетических аномалий, что не всегда можно было определить издали.
Киборги, странные полуживые мыслящие существа, появились сравнительно недавно: около ста лет назад. Их начали выращивать Вэйхэ, у них секрет купили Странники Биафра, — что-то вроде корсаров космоса, контрабандисты, полулегальная Каста торговцев из всех миров, — и почти сразу секрет этот попал в Лигу и в Союз. Преимуществом киборга была возможность самостоятельно создавать зону перехода, сведённый к минимуму риск погрешности при входе в гиперпространство, огромная боевая мощь и почти непробиваемая обычными способами защита. Уничтожить киборга мог только другой киборг — или большой боевой терминал. Сами киборги могли разрушить «сеть» снаружи многократными залпами, истощающими защиту, сами при этом оставаясь почти неуязвимыми для механических кораблей — кроме маленьких истребителей вроде того, на котором сейчас училась летать Анна. Хорошо ещё, что вырастить киборга было долго, дорого и очень энергоёмко; кроме того, питался киборг особым гелем, получаемым из комплекса минералов и органики, скомбинированными на основе вещества, встречающегося всего на трёх планетах Известной Вселенной. У мероканцев было два киборга, у Кинтаны — пять, у Шхара — один, у Лиги — двенадцать, не считая Грита (подумать только, и в космосе тринадцать работает! — не могла не подумать при этом Анна), — у Агой не было ни одного, у Вэйхэ несколько, никто точно не знал числа, — и у Странников Биафра семь. Она не могла не отметить явного преимущества Лиги. Выключив тренажёр, она тяжело задумалась над тем, что увидела и узнала. Она в самом деле совершила что-то важное, украв Грита. Он намного превосходил всех имеющихся на данный момент в Известной Вселенной киборгов, в том числе и боевыми качествами, даже в особенности боевыми. Но уникальность его заключалась даже не в его энергетической мощи, а в том, что он способен был вести поиск в гиперпространстве и из него, чего не могли даже Вэйхэ, до сих пор гиперпространство считалось абсолютно безопасным местом; так же он сам был навигатором, способным самостоятельно, без вмешательства капитана, прокладывать курс, в том числе и в неизвестные участки космоса, и много ещё чего он мог, недоступного другим кораблям Известной Вселенной. Анна могла уравнять шансы Союза и Лиги в грядущей войне, если война должна состояться, и если она выбрала правильную сторону. Как разобраться, как понять, на что решиться? Уничтожить Грита нельзя — преимущество Лиги останется слишком явным. Ну, если, конечно, она за Союз.
А почему нет? По всему получалось, что это её стая. Она, как Маугли, воспитанный волками, должна вернуться к своим; только вот ей, как зоологу, было слишком хорошо известно, что такие существа не приживаются в новой среде. Маугли и Тарзан — мифы, на самом деле эти несчастные существа никогда не становятся людьми. Она никогда не станет мероканкой. Она выросла на Земле, она принадлежит её культуре, её традициям, у неё специфический земной менталитет. Этого не изменить!
И на Землю не вернуться. Как жить, помня о Грите, об Элва-Мауне и Биэле, о Сихтэ и Кайле Ивайре?.. Как молчать — и кто ей поверит?!
Вспомнила вчерашнюю ссору, и сердце заныло. Что бы она ни думала, чего бы не боялась в связи с ним, она нуждалась в нём. Может, это она не права, а он прав? Они ведь разные такие. Не ей судить, в конце концов, насколько он не прав.
