Какое-то время все трое сидели молча, каждый думал о своем. Потом Серж, обернувшись к Максу, поднял рюмку. Макс повторил его движение, и они выпили. Аня посмотрела на Сержа, профиль которого был виден на фоне освещенного окна, и задумчиво произнесла:
– Нет, это не мишура… ваше сиятельство, – добавила она чуть погодя.
На террасе было удивительно уютно, возможно, оттого, что тут, в отличие от прохладных кондиционированных помещений коттеджа, было тепло. Не жарко, а именно тепло, и не было даже в помине того пронизывающего зябкого холодка, с которым у Ани, уроженки средней полосы, всегда ассоциировалась ночь.
– О чем еще я обещал вам рассказать? – спросил Серж.
– Вы же понимаете, Серж, что я не поверю в то, что вы можете этого не помнить, не так ли?
– Естественно. Но я имел в виду ваши приоритеты. Что в данный момент более всего интересует вас, мои юные друзья?
– Меня много чего интересует, – сразу заметно оживился Макс. – Но больше всего вот что: вы сказали, что операцию «Высокий прыжок» в марте 1947-го резко свернули. Почему?
Серж поставил рюмку на столик и сцепил пальцы, что у него предвещало начало рассказа или объяснения.
– Почему свернули? – в своем стиле переспросил он. – Потому что получили отпор.
– От кого? От эсэсовцев?
– С эсэсовцами они справились, – усмехнулся Серж. – Не так уж и много их там было, на «Базе 211». Да и те были уже не те, извиняюсь за каламбур.
Макс засмеялся, мотая головой.
– Это точно! – проговорил он сквозь смех. – Те, да не те! – Он махнул правой рукой и тут же скривился от боли – забыл про плечо, которое, к сожалению, пострадало сильнее, чем казалось поначалу. Гематома образовалась довольно большая, и выглядела она страшновато.
– Макс! – встревоженно воскликнула Аня. – Тебе больно?!
– Не скажу, что мне совсем не больно. Но жить можно.
– И даже нужно! – добавил Серж с улыбкой.
– Но Аня по-прежнему обеспокоенно смотрела на Макса, и тот сказал:
– Я постараюсь больше об этом не забывать. – И тоже улыбнулся.
– Постарайтесь, Макс, – мягко произнес Серж. – Да, так вот. Эсэсовцы были уже не самого отборного качества. Что вы хотите? Антарктида – это не курорт. Хотя бы даже и в оазисе. Да и питание консервами и концентратами не слишком способствует цветущему здоровью. А тут два батальона американских морских пехотинцев. Сытых, здоровых, на хорошем, сбалансированном довольствии. Со средствами поддержки. Отлично вооруженных и обученных. С опытом войны в Европе или на Тихом океане. Так что справились без чрезмерного напряжения. Конечно, немцы отбивались отчаянно.
– Я думаю! Им ведь нечего было терять!
– Да, безусловно. Так что бой был серьезным, без всяких скидок. Но и перевес морпехов был серьезным. Так что с «Базой 211» покончили быстро. Правда, была еще вторая.
– Что?! – поразился Макс. – Была еще одна? Ну дела!
– Была. – Серж кивнул. – По меркам Антарктиды, не очень далеко от этой, первой. Она называлась «База Мартин Борман». Ее американцы оставили коллегам из Королевской морской пехоты.
– Англичанам?
– Да. Кстати, что любопытно: британцы потом, в 60-е годы, передали эту базу Федеративной Республике.
– Немцам?! Интересненько!
– Западная Германия стала британским союзником по НАТО, важным и ценным союзником, не забывайте. Эта единственная германская станция в Антарктиде называется «Георг фон Неймайер» – в честь немецкого полярного исследователя.
– Хорошо, не немцы, – произнес Макс, – это понятно. Но вы сказали, что американцы получили отпор. Если не нацисты, то кто там мог еще быть? Японцы? – с сомнением протянул он.
Серж внимательно посмотрел на него, улыбнулся и отпил еще глоток.
– А если подумать? – спросил он, глядя на Макса не без лукавства.
– Ну, не знаю.
– В самом деле, Серж, – включилась в разговор Аня. – О ком вы? Об инопланетянах? – Ей вспомнился и дурацкий разговор с вертолетчиком, и ее неясные, недодуманные мысли об источнике таких потрясающих технологий.
– Что? – спросил Макс, и лицо у него вытянулось. – Правда?
Серж откинулся на спинку кресла.
– Это потрясающе! – наконец произнес он. – Какие там инопланетяне?! Почему вам обоим даже не приходит в голову куда более реалистическое объяснение? Вам? Именно вам?
– Вы хотите сказать, – медленно проговорила Аня, – русские?
– Ну, конечно! – воскликнул Серж.
– Но разве наши там могли быть тогда?! – удивился Макс. – То есть я имею в виду русские. Ну, вы поняли.
– Разумеется, – сказал Серж. – Для вас русские – это «наши», естественно. А кто? Не малайцы же!
– Само собой, – улыбнулся Макс. – Но все это как-то неожиданно.
– Тему эту редко поднимают. Об этом крайне мало информации.
– Но почему?
– Потому что окончательная дележка Антарктиды еще предстоит. Так что хоть это и дело прошлое, но имеет прямой выход на будущее. Потому-то об этом предпочитают не вспоминать. Официально этого всего как бы и не было. Так что вы можете воспринимать то, что я вам рассказываю, как художественный вымысел. Или малохудожественный.
– Но вы-то выдумывать не станете! – произнес Макс с убеждением и очень серьезно. – Мы вам верим. Скажи, Анюша!
