Эконом(умоляюще). Да, сир. Сами видите, сир.
Роберт. Придержи язык, ты!
Эконом(смиренно). Слушаю, сир.
Роберт(Жанне, уже гораздо менее уверенным тоном). Это ты из того выводишь, что я согласился тебя повидать?
Жанна(нежно). Да, капитан.
Роберт(чувствуя, что почва уходит у него из-под ног, решительным жестом опускает оба кулака на стол и выпячивает грудь, стараясь этим прогнать нежеланное и слишком хорошо ему знакомое ощущение). Ладно. Слушай меня. Теперь я буду приказывать.
Жанна(деловито). Да, да, прикажите, капитан. Пожалуйста! Лошадь стоит шестнадцать франков. Это очень дорого. Но я выгадаю на латах: я достану старые у кого-нибудь из солдат, — ничего, подойдет, я же очень сильная. И мне совсем не нужны такие красивые латы, сделанные на заказ по мерке, как вот на вас. И провожатых много не потребуется: дофин даст мне все, что нужно, чтобы я могла снять осаду с Орлеана.
Роберт(не помня себя от изумления). Снять осаду с Орлеана?!
Жанна(просто). Да, капитан. Господь бог повелел мне это сделать. Троих солдат будет вполне достаточно, лишь бы это были порядочные люди и хорошо обращались со мной. Да кое-кто мне уже обещал — Полли, потом Джек и еще…
Роберт. Полли! Нахальная девчонка! Это ты господина Бертрана де Пуланжи смеешь называть Полли?!
Жанна. Все его так зовут. Все его друзья. Я и не знала, что у него есть другое имя. Потом Джек…
Роберт. Это, надо думать, господин Жан из Меца{79}?..
Жанна. Да, капитан. Он самый. Джек охотно поедет. Он очень добрый и постоянно дает мне денег, чтобы я раздавала бедным. Жан Годсэв тоже, наверно, поедет, и лучник Дик, и еще их слуги — Жан из Онекура и Жюльен. Вам, капитан, не будет никаких хлопот, я уже все устроила. Вы только прикажите…
Роберт(глядит на нее, застыв от удивления). Ах, черт меня возьми!
Жанна(с невозмутимой ласковостью). О нет, капитан! Господь милосерд, а святая Екатерина и святая Маргарита, которые каждый день разговаривают со мной.
У Роберта рот открывается от изумления.
заступятся за вас. Вы попадете в рай; и ваше имя всегда будут вспоминать, как имя первого человека, который мне помог.
Роберт(обращаясь к эконому; он все еще очень раздражен, но уже сбавил тон, так как ему пришла в голову новая мысль). Это правда — насчет господина де Пуланжи?
Эконом(живо). Сущая правда, сир. И насчет господина Жана из Меца тоже. Они оба готовы ехать с ней.
Роберт(задумчиво). Гм! (Подходит к окну и кричит во двор.) Эй, вы там! Пошлите ко мне господина де Пуланжи. (Оборачивается к Жанне.) Марш отсюда! Подожди во дворе.
Жанна(дарит его сияющей улыбкой). Хорошо, капитан. (Уходит.)
Роберт(эконому). Ты тоже проваливай, дурень безмозглый. Но не уходи далеко и приглядывай за нею. Я скоро опять ее позову.
Эконом. Да, да, сир, ради бога! Подумайте об наших курочках, самых носких во всей Шампани. И еще…
Роберт. Ты лучше подумай о моем сапоге. И убери свой зад подальше.
Эконом поспешно удаляется и в дверях сталкивается с Бертраном де Пуланжи. Это французский дворянин, выполняющий в Вокулерском гарнизоне обязанности начальника стражи, флегматичный человек лет тридцати шести; вид у него рассеянный, как будто он вечно погружен в свои мысли; говорит, только когда к нему обращаются; в речи медлителен, но уж что сказал, на том стоит, — одним словом, полная противоположность самоуверенному, громогласному, внешне деспотическому, но, по существу, безвольному Роберту. Эконом уступает ему дорогу и исчезает.
Пуланжи отдает честь Роберту и стоит в дверях, руки по швам, ожидая приказаний.
