Пьесы полностью

И б р а г и м (горячо жмет руку слепого). Готов служить тебе до конца моих дней, друг!

С л е п о й  н и щ и й. Братья, мы делали общее дело — добро! Оно возвращается. Так мне сказал однажды наш Мамед. Мы совершили подкоп под шаха, под визиря, под Рябого Реджеба! Под зло!

М а м е д. Ваше величество, во-первых, вот вам письмо-записка от безбородого плута маклера. (Достает из-за пазухи и протягивает шаху сложенный вчетверо листок бумаги.)

Ш а х (передает письмо-записку визирю). И-а!.. И-а!.. Читай, визирь! Что пишет безбородый? И-а!.. И-а!.. И-а!..

В и з и р ь (беспомощно вертит письмо-записку в руках). У-у-у-у!.. Ваше величество, я забыл очки во дворце. Извините, пожалуйста! У-у-у-у!..

Ш а х. И-а!.. И-а!.. Все равно читай! Я приказываю! Никогда не видел тебя в очках, визирь, равно как и читающим с тех пор, как ты стал полушакалом! Или ты не можешь? Разучился? Тогда так и скажи! Не морочь мне голову! И-а!.. И-а!.. И-а!..

В и з и р ь (разглядывает письмо-записку). У-у-у-у!.. Почерк как будто его, безбородого маклера… Да, ваше величество, его почерк… Точно! Безбородый писал нам доносы… Я помню его руку. У-у-у-у!..

Ш а х. И-а!.. И-а!.. А где же мой сон, Мамед? Ты не принес его? И-а!.. И-а!.. И-а!..

М а м е д. Нет, ваше величество. Хотел принести, но не удалось. Оказывается, проклятый безбородый опять перепродал ваш сон. Негодяй и на том свете покупает, продает и перепродает все и вся.

Ш а х. И-а!.. И-а!.. Как — перепродал? Не может быть! Мамед! Как же так? И-а!.. И-а!.. И-а!..

Ш у т. Выходит, тот свет — это вроде продолжения этого? Стоит ли тогда умирать?

В и з и р ь. У-у-у-у!.. Кому же он продал его? У-у-у-у!..

М а м е д. Покойному отцу нашего шах-ин-шаха.

Ш а х. И-а!.. И-а!.. Моему покойному отцу?! О аллах, какая наглость! Продать моему бедному отцу, моему усопшему родителю такой гнусный сон?! Какая бесцеремонная жестокость! И-а!.. И-а!.. И-а!..

М а м е д. Напрасно убиваетесь, ваше величество! Ваш благословенный родитель не придал особого значения этому сну. На том свете все воспринимается в розовом… виноват, в голубом свете. Вы даже представить себе не можете, ваше величество, какая чудная жизнь на том свете! (С пафосом.) Тот свет! Что за жизнь! Какая благодать! Какие волшебные краски! Столько голубизны и белизны. А какая там желтизна! (Делает характерный жест тремя пальцами.) В смысле золота…

Ш а х (утирает рукой слезы). И-а!.. И-а!.. Значит, ты видел моего папу, Мамед? И-а!.. И-а!.. И-а!..

М а м е д. Не только видел, ваше величество, но и поздоровался с ним за руку. Передал от вас привет. Мы посидели с ним, потолковали о земных делах, попили зеленого… виноват, голубого чайку.

Х а д ж и - а г а (тихо). Ай да молодчина, Мамед-джан! Великий дипломат и политик!

Ш а х. И-а!.. И-а!.. Вах, вах, мой почтенный родитель!.. Мой дорогой папочка!.. Да упокоит аллах твою душу! Ты и знать не знаешь, какая беда обрушилась на твоего сыночка! И-а!.. И-а!.. И-а!..

М а м е д. Ну, что вы, ваше величество! Оказывается, ему все известно! Все-все! Он в курсе всех ваших дел. До малейших подробностей!

Н а ч а л ь н и к  с т р а ж и. Гав-гав-гав!.. А про меня ему тоже известно, Мамед? Гав-гав-гав!..

М а м е д. А как же, Реджеб?! Кто не знает, что ты собой представляешь?! (Шутливо подражает его лаю.) Гав-гав-гав!..

В и з и р ь. У-у-у-у!.. Но откуда он знает? У-у-у-у!!!

М а м е д. Очевидно, безбородый плут растрепался, когда продавал ему сон его величества.

В и з и р ь. У-у-у-у!.. Но ведь мы казнили его еще до того, как нас заколдовала белая голубка? Как же так, Мамед? Тут что-то не сходится!

М а м е д (чешет затылок). Значит, его величество покойный шах, отец нашего здравствующего, услышал ваши голоса с земли. Там, между прочим, сверху все очень хорошо слышно. Учтите это!

Ш а х - з а д е. Папуля, я тоже хотел бы увидеть дедушку! Очень! Очень! А ты?

Ш а х. И-а!.. И-а!.. Я сам хотел бы, сынок. Но разве это возможно? Это же все-таки тот свет, не этот! И-а!.. И-а!.. И-а!..

М а м е д. Кстати, ваше величество, ваш покойный папаша велел передать вам, что все ваши недуги и напасти можно излечить только там, у них, в голубизне-белизне-желтизне. Нам это, говорит, — раз плюнуть! Пусть, говорит, мой сынок не поленится и заглянет к нам на небеса на часок-другой.

Ш а х. И-а!.. И-а!.. И-а!..

Н а ч а л ь н и к  с т р а ж и. Гав-гав-гав!.. Я ведь говорил! Гав-гав-гав!

В и з и р ь. У-у-у-у!.. А ты не врешь, Мамед? У-у-у-у!..

М а м е д. А зачем мне врать?

В и з и р ь. У-у-у-у!.. Как ты нам докажешь, Мамед, что видел на том свете покойного отца нашего четырежды луно- и солнцеликого? У-у-у-у!..

М а м е д. У меня есть неопровержимые доказательства, ваше превосходительство визирь.

Ш а х. И-а!.. И-а!.. Где они, Мамед? И-а!.. И-а!.. И-а!..