ЦЕНТУРИОН
ФТАТАТИТА
АПОЛЛОДОР. Центурион, я здесь по повелению царицы, ибо…
ЦЕНТУРИОН
ЧАСОВОЙ. Вот эта вредная старуха – она сильней троих мужчин – подговаривала купца заколоть меня.
АПОЛЛОДОР. Центурион, я не купец. Я патриций и служитель искусства.
ЦЕНТУРИОН. Эта женщина твоя жена?
АПОЛЛОДОР
ФТАТАТИТА
ЦЕНТУРИОН. Руки прочь от наших мужчин, красотка, или я сброшу тебя в гавань, хотя бы ты была сильней десяти мужчин.
ФТАТАТИТА
ЧАСОВОЙ
КЛЕОПАТРА
ФТАТАТИТА
КЛЕОПАТРА. Я иду вниз.
ФТАТАТИТА
АПОЛЛОДОР. Повинуйтесь домоправительнице царицы.
ФТАТАТИТА
Клеопатра выходит из дворца и бежит по набережной к Фтагатите.
О, лучше бы мне не родиться!
КЛЕОПАТРА
ФТАТАТИТА. Лодку? Нет, и думать нечего. Аполлодор, поговори с царицей.
АПОЛЛОДОР
КЛЕОПАТРА. Мне сейчас не нужно никаких ковров. Достань лодку.
ФТАТАТИТА. Что за прихоть? Кататься по морю ты можешь только в царской барке.
АПОЛЛОДОР. О Фтататита! Царственность не в барке, а в самой царице. Едва нога ее величества ступит на дно самой жалкой посудины в гавани, эта посудина станет царственной.
КЛЕОПАТРА. Аполлодор, ты достойный рыцарь мой. И я всегда буду покупать ковры только у тебя.
Аполлодор радостно кланяется. Над парапетом набережной поднимается весло, и лодочник, бойкий круглоголовый ухмыляющийся парень, почти черный от загара, поднимается на ступеньки справа от часового и останавливается с веслом в руке.
Ты умеешь грести, Аполлодор?
АПОЛЛОДОР. Весла мои будут крыльями твоему величеству. Куда прикажет отвезти себя царица?
КЛЕОПАТРА. На маяк. Идем.
ЧАСОВОЙ
КЛЕОПАТРА
ЧАСОВОЙ. Я повинуюсь приказу. Не велено пропускать.
КЛЕОПАТРА. Я скажу Цезарю, и он убьет тебя за то, что не повинуешься мне.
ЧАСОВОЙ. Он поступит со мной еще хуже, если я ослушаюсь моего начальника. Назад!
КЛЕОПАТРА. Фтататита, задуши его.
ЧАСОВОЙ
КЛЕОПАТРА
АПОЛЛОДОР. Мне не нужна их помощь, повелительница.