Друг Димитрий . Мы узнаны, ура! А их, между прочим, двое. И нас с тобой, между прочим, двое. А что, если, между прочим…
Подруга
Она . Это, по-моему, никто. А о чем мы говорили?
Подруга . Вот что, калоша…
Она . Знаешь, я давно хочу тебя попросить. Я начинаю сейчас свою новую, свою одинокую жизнь, и в этой жизни я решила позволить себе маленькую роскошь: не слышать, как ты остроумно называешь меня «калошей».
Подруга . Что с тобой?
Она . Все хорошо. Просто я думаю о своей будущей жизни. Как положено одинокой бабе, я решила тратить свое свободное время на искусство. Я поступлю в самодеятельность – в ансамбль гусляров. (
Подруга . Восемь лет.
Она . Мужчина.
Подруга . Чудный человечек. Только ничему не удивляется. Я повела его в ресторан. А он уселся нога на ногу, как будто все восемь лет не выходил оттуда. Зимой мы с ним были на елке. Дед Мороз был мой знакомый, и я упросила лично вручить подарок Артемке. Я умерла бы от восторга, а этот – бровью не повел. Весь в отца.
Друг Димитрий . А может быть, мы подсядем к ним, а? Мы уже переговорили все наши маленькие мужские беседы…
Кирилл
Оглушительно заиграл оркестр.
Кирилл
Друг Димитрий . Наконец-то! Вот истинный руководитель! Цезарь! Доктор наук! Пошел в разведку! Вызывает огонь на себя!
Кирилл
Она . Я ничего не слышу.
Кирилл
Она . Не надо так кричать о командировках.
Кирилл . Может быть, мы потанцуем немного? Ваша подруга меня простит. Мне следует с вами поговорить…
ОнаПодруга с усмешкой следит за ними, а Димитрий неотрывно глядит на Подругу, пытаясь, как ему кажется, гипнотизировать ее взглядом.