Пьесы полностью

Михалева ( бросаясь к нему). Мальчик мой! Сереженька!

Михалев . Раньше хоть в сторону, но бегали! Ат еперь пляж какой-то, а не трусца!

Михалева . Зря ты его так! Ты будешь жалеть, Михалев!

Михалев . Я уже жалею. Гляжу на него и думаю, какой у нас мог быть сынуля! С таким же визгливым голоском, истерик, поливальная машина лагерных простынок!

Михалева . Ах, как ты будешь жалеть!

Михалев . Разве могут у нас быть секреты от нашего сыночка, а у него от нас?.. Поэтому я и рассказал тебе, раскрасавица Инга, его тайну. И потому я обязан тотчас рассказать и ему – нашу тайну… Сережа, сынуля, я хочу открыть тебе наш семейный секрет.

Михалева (кричит). Михалев!

Михалев (продолжая). Наш погибший зародыш, Алексей, был бы тебе братцем не только по духу…

Михалева . Не смей!

Михалев . Жаль, что он погиб в лоне раскрасавицы Инги! Но и в вечности – он объединяет наши семьи… Нас много чего объединяет! Например, твой отец… Ох, какой он весельчак, твой папаша! Не в пример тебе: кутил, портил девочек, ездил с тринадцати лет на «Волге». Хорошая у нас семейка? Папа – плэйбой… потом – дедушка с бабушкой, раки-отшельники… их внучок, у которого ненависть к дому так и брызжет на простынки, как фонтан! И наконец, я. Вы спросите: при чем тут я? Но я тоже принадлежу к нашей общей большой семье, потому что нас всех объединяет… что? Лоно красавицы Инги!

Михалева . Здорово ты разделался с нами. Прости, я тебя перебила: может, ты еще придумал, как доконать нашего сыночка?

Михалев . При чем тут он? Разве он знает нашу с тобой жизнь – всю эту кучу фирменного тряпья: все эти батники, джинсы, комбинезоны, майки с надписями. И из этой кучи торчат твои длинные прекрасные ноги.

Михалева . Браво!

Михалев . И стоило мне зазеваться, как в эту кучу тотчас кто-то заползал… (Сереже) Ах, как я тогда безумно любил и ревновал нашу маму, сынок. Ты должен все-все знать! Тогда я охромел, стараясь соответствовать на катке нашей фигуристке маме… А потом ковылял на костылях, пытаясь, как мог, уследить за нашей реактивной мамулей… Твой отец очень смешно прозвал меня тогда: «Н.Х.О.» – «неопознанный хромающий объект»… Ха-ха-ха! Неужели это был я? И это я безумно любил? (Михалевой)

Я часто думаю об этом по утрам, когда смотрю на твою вялую кожу, – и ясно, совсем ясно вижу, какая ты будешь старуха!!!

Михалева . Просто нет слов!! Сегодня один из самых удачных твоих дней… Только…

Михалев . Что?

Михалева . Тс-с! Побежали… Оставим на время нашего безутешного сыночка. И побежали! Побежали! Мы засиделись – трусца!

Бросается бежать. Михалев, смеясь, за ней.