А й п е р и. А где они? Потомки-то эти?
Б а з а р. Будут!!
В открытых дверях появляется грациозная большеглазая д е в у ш к а в национальном туркменском костюме. Она очень смущена и боится войти в комнату.
Д е в у ш к а. Я звонила по телефону. Никто не ответил… Мне стало так тревожно… И я подумала… Сама не знаю, что подумала… И вот, прибежала… Извините.
Н а з а р (вскакивая). Гюльнара! (Подбегает к ней, обнимает и прижимает к себе.)
В с е. Гюльнара пришла! Гюльнара!
Б а з а р (к Айпери). Что я сказал, старушка? Будут потомки. И да здравствует «чертово племя»! (Залпом осушает бокал и вдребезги разбивает его об пол.)
З а н а в е с.
1967
Перевод А. Файко.
<p><strong>ТРИДЦАТЫЕ ГОДЫ</strong></p><p><strong>Драма в четырех действиях, десяти картинах</strong></p>Действующие лицаЧ а р ы - а г а — крестьянин-бедняк, 50 лет.
Б е г е н ч — его сын, 26 лет.
П а л ь в а н - а г а — крестьянин-середняк, 55 лет.
С а х р а — его дочь, 18 лет.
М я л и к М е р г е н — председатель колхоза.
К а н д ы м — комсомолец.
С л е п о й б а х ш и.
К о р о т к и й.
Д л и н н ы й.
А т а м у р т.
Х р о м а я с т а р у х а.
К ю й к и б а й.
Ч е р к е з — его сын.
Б а с м а ч - м у л л а.
А н н а г у л ь — комсомолка, 20 лет.
К о з л о в — начальник милиции.
С а п а р.
Н е з н а к о м е ц.
К у л а к.
С е р е д н я к.
К о м с о м о л ь ц ы, к о л х о з н и к и, б а с м а ч и.
Действие происходит весной 1930 года в Туркмении.
<p><strong>ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ</strong></p>Картина перваяОкраина аула. У дороги несколько тутовых деревьев. В стороне блестит речка, а за нею виднеется купол мавзолея Солтана Санджара[2]. Слышится песня, она как бы сливается с четкой командой: «Раз-два!» Это идут сельские комсомольцы.
Мы идем через грозные годы,Мы идем по нелегкой земле.Незакатное солнце свободыНам навек засияло во мгле.И песня, как птица, стремится в полет.Смелее вперед, комсомольский народ![3]На сцене появляется С а х р а. Ей совсем недавно исполнилось восемнадцать лет. Она одета в длинное платье из красной кетени, две толстые косы лежат на груди. К платью приколота гульяка — большая круглая брошь из серебра с мелкими камушками. На голове — тюбетейка с висячими украшениями и помпоном.
Сахра набирает из арыка воду в большой кувшин и прислушивается. А песня звучит все явственнее. И вот мимо девушки строем проходят комсомольцы. Сахра, оставив кувшин, невольно тянется вслед за отрядом.
Крепко держим судьбу поколенийМы в натруженных наших руках.И шагает с улыбкою ЛенинВ наших строгих и стройных рядах.И песня, как птица, стремится в полет.Смелее вперед, комсомольский народ!Пока сцена пуста, появляется Б е г е н ч в форме красноармейца с рюкзаком в руках. Он смотрит на сверкающий на солнце купол мавзолея и радостно говорит.
Б е г е н ч. Здравствуй, родной аул! Здравствуйте, пески, деревья, мостик, ветер! Нет для меня уголка прекраснее!
Взгляд Бегенча падает на оставленный Сахрой кувшин.
Вот так находка! Чей это кувшин? Наверное, его оставила рассеянная красавица и побежала на свидание к возлюбленному. Но вот и она сама! Какое грустное лицо! (Узнает Сахру.) Сахра?! Ну да, конечно. Сахра! Красавица, не дашь ли напиться?
