Пьесы полностью

Землянка. Самодельный стол из досок. Возле него — две табуретки, также сбитые из досок. Слева — пустые ящики из-под гранат. Справа — железная печка, накаленная докрасна. На столе полевой телефон. В землянке — А р т ю х и н  и  З а х а р о в. Артюхин разговаривает по телефону, смотрит на боевую карту.

А р т ю х и н. Квадрат тридцать — семьдесят два. (Смотрит на боевую карту.) Так, так. Ясно, товарищ полковник! У развилки дорог. Слушаю, товарищ полковник! (Кладет трубку.) Вот так-то мы и живем: едва успели оборудовать огневые позиции, как на новые перебираться. Приказ есть приказ! Ну, так рассказывай, Владимир Мономах, о своем житье-бытье. Вот не думал, что встречусь с тобой!

З а х а р о в. Я тоже.

А р т ю х и н. Значит, к нам прямо из госпиталя?

З а х а р о в. Направили.

А р т ю х и н. Второй раз, значит, ранили? Да!.. Вот что, давай-ка ко мне в минометную батарею переходи.

З а х а р о в. Я уже получил назначение.

А р т ю х и н. Переиграем! Только дай согласие. Я сегодня же переговорю с командиром полка.

З а х а р о в. Спасибо, но… не стоит.

А р т ю х и н. Была бы честь предложена. Очень я рад, Володька, что мы снова встретились, и где? Можно сказать, на самой передовой! У меня тут кое-какие запасы имеются для особо торжественного случая. (Достает флягу, консервы.) Со встречей-то нам вроде положено? Мы ведь как-никак в одной школе учились, за одной партой сидели, за одной девушкой ухаживали.

З а х а р о в. Что верно, то верно.

А р т ю х и н. В строю, Мономах, твой друг не отстал от вас. Вы еще до фронта не добрались, а меня уже военкомат вызвал, дал в зубы предписание — и на офицерские курсы.

З а х а р о в. А как же с подпольем?

А р т ю х и н (усмехнувшись). Номер не прошел. Немцев в город не пустили, ну а сидеть под бомбежкой — не велика радость. Наших ты никого не встречал?

З а х а р о в. На Северо-Западном остались.

А р т ю х и н. Ничего, Мономах! Будем живы — после войны соберемся. Ох и отпразднуем же мы нашу победу. Ну, а как у тебя с Галей, получаешь письма?

З а х а р о в (с усмешкой). Нормальные. Два письма получил, и оба в первые дни войны.

А р т ю х и н. Что так?

З а х а р о в. Я тяжело ранен был. Она эвакуировалась.

А р т ю х и н. И ты так ничего о ней с того времени не узнал?

З а х а р о в. Нет.

А р т ю х и н. А знаешь, если ты хочешь, я дам тебе ее точные координаты.

З а х а р о в. Ты знаешь, где Галя?

А р т ю х и н. Видишь ли какая вещь. Я как-то в письме попросил свою сестренку сообщить мне о моих одноклассниках.

З а х а р о в. И она сообщила ее адрес?

А р т ю х и н. Не только ее.

З а х а р о в. Ну и где же она?

А р т ю х и н. В райцентре, недалеко от Горького. Она одно время там в военном госпитале работала, посудомойкой в солдатской столовой. Правда, она недолго там работала. Госпиталь вскоре снялся, на фронт выехал, она поступила в Контору мер, весов и измерительных приборов, стала государственным поверителем. Я как-то тут ездил в Горький, получать боевую технику, ну и заскочил к ней. К сожалению, ее я дома не застал.

З а х а р о в. В командировке была?

А р т ю х и н. Не совсем так. На лесозаготовках. Галя — человек целеустремленный. Она, скажу тебе откровенно, не пропадет. В Горьковский медицинский институт поступила.

З а х а р о в. А сейчас, как ты думаешь, она там?

А р т ю х и н. Вот этого я тебе сказать не могу. Впрочем, я могу дать ее адрес. Напиши, тебе ответят.

З а х а р о в. Да, я бы очень хотел знать, что с ней.

А р т ю х и н. А знаешь, Мономах, ты прав. Хорошая она девушка была!

З а х а р о в. Почему же была?

А р т ю х и н. За достоверность не ручаюсь, но я слышал, будто она замуж не то вышла, не то собирается.

З а х а р о в. То есть как замуж?

А р т ю х и н. Очень просто, как все.

З а х а р о в. С чего ты взял?

А р т ю х и н. Сведения вроде точные. Я тоже вначале не поверил. Насколько ты знаешь, я к Гале далеко не безразличен.

З а х а р о в (думая о своем). Не может быть…

А р т ю х и н. Смешной ты человек, Володька. Что ж, если идет война, по-твоему, люди не должны ни жениться, ни замуж выходить? Да, ты знаешь, она мне тоже ленту тогда подарила. (Достает ленту.) Но это все, дорогой Мономах, лирика. (Комкает ленту.)

З а х а р о в. Ты, возможно, и прав. Только ленту комкать ни к чему.

А р т ю х и н. Мономах, не принимай ты близко к сердцу. И вообще я тебе одно скажу: нам сейчас о себе надо подумать, о том, чтобы голову тут не сложить.

З а х а р о в. С головой хорошо пройти, было бы куда пройти.