Пьесы полностью

П л ю щ. Так ведь война, дед.

Из-за сарая, глядя куда-то вдаль, пятится  Р о г а т и н. Лесник и Плющ обернулись к нему. Рогатин предостерегающе поднял руку. Слышится далекий лай собак.

Немец?

Р о г а т и н. Успел все-таки кривой… Эх, минуток на двадцать бы попозже… Тогда все, тогда в болоте наши — собакам не пронюхать. (Направляется к бревнам.) Ты уж прости, слышишь? Хозяйство твое повредить придется маленько. (Снял с плеча винтовку, устраивается у бревен возле стремянки, приставленной к крыше сарая.)

Л е с н и к. Это зачем собаки? Для каких нужд?

П л ю щ. Представление перед тобой устроят. Цирк.

Р о г а т и н (Плющу). Догоняй повозку, Коля.

П л ю щ. Не могу я. Нога вон… Не успею.

Р о г а т и н (Леснику). Беги, а? Не уйдут в болото — всех кобелями потравят.

Л е с н и к. Это как кобелями? Люди же.

Р о г а т и н. Беги!

Л е с н и к. Безвинные.

Р о г а т и н (вытаскивает из кармана кисет). Отдай. Раненым отдай. Табачок.

Лесник повернулся, скрылся в избе. Лай собак приближается.

П л ю щ. Выстрелы услышат — поймут. Догадливая Варька. (С автоматом наготове устраивается на штабеле.)

Р о г а т и н. Кто?

П л ю щ. Варюха. Шевелев — тот, может, и не сообразит, а она…

Р о г а т и н (чуть помедлив). Она — да. Догадливая она. Раненых везет. Догадается, значит.

Из избы с двумя охотничьими ружьями в руках выходит  Л е с н и к. Рогатин и Плющ обернулись к нему, смотрят.

Л е с н и к (подходит к стремянке. Рогатину). Посторонись. Не дома у себя разлегся. (Поднимается по стремянке на крышу сарая.)

Р о г а т и н. Слышь, Коля! А насчет Одессы не слыхал в Ставрове?

П л ю щ. Держится, говорят. Оттуда, что ли, сам?

Р о г а т и н. Зачем? У меня другие места.

Лесник поднялся на крышу сарая. Глядя вдаль, вгоняет патрон в ствол.

Вот беда, а?! Пропадет табачок.

Лай собак все ближе и ближе.

Д а р ь я  В л а с ь е в н а  К л а д н и ц к а я, 55 и 65 лет.

А н т о н и н а  В а с и л ь е в н а  Н и к о д и м о в а, 30 и 40 лет.

О л е с ь  в детстве, 12 лет.

М а р и а н н а  в детстве, 9 лет.

О л е с ь  в юности, 22 года.

М а р и а н н а  в юности, 19 лет.

Н и к о л а й  Г а в р и л о в и ч  М а н е ж н и к о в, 40 и 50 лет.

И г о р ь  Л о г у н о в, 19 и 29 лет.

К а т я, 20 и 30 лет.

Е л и з а в е т а, 25 и 35 лет.

И н с п е к т о р, 40 и 50 лет.

Действие происходит в одной из коммунальных квартир в Ленинграде, в 1946 и в 1956 годах, 27 января. Между первым и вторым актами проходит десять лет.

Кухня в коммунальной квартире. Все здесь случайное: стулья, столы, табуреты, полки — все собрано из уцелевших в блокаду вещей. 27 января 1946 года. Шумят примусы  Д а р ь и  В л а с ь е в н ы  и  Е л и з а в е т ы — обе готовят. А н т о н и н а  В а с и л ь е в н а  Н и к о д и м о в а  готовит на керосинке. М а н е ж н и к о в  моет посуду в раковине. К а т я  убирает места общего пользования. Четыре звонка в прихожей.

Д а р ь я (Никодимовой). Чего ты ему ключей не даешь? Здоровый парень — не потеряет… Ладно, не суетись, сама отворю. (Идет в коридор, ворча.) Звонют и звонют — полная голова звонков!

Е л и з а в е т а. Цветы жизни пожаловали.

К а т я (убирая). И что? И — цветы!

Е л и з а в е т а. А я что говорю?