= и вот остался уже только каркас вагонки — две стойки из толстого бруса и таких же два прогона. Молотком выбивают клинья,
стук
и прогоны стали таранами. Раскачали их, примериваясь, — вот так будут бить тюрьму! Богдан кричит:
Общий вид.
= В бараке — разноречивое движение. Начинают разбирать ещё несколько вагонок. Кто-то выбежал. Многие мнутся. Богдан быстро идёт по бараку и поддаёт кулаком в спины:
= В дверях — Климов.
На лице его — одушевление боя:
Общий вид.
= После оцепенения все бросаются разбирать вагонки
= или с пустыми руками, кто-то с кочергой от печки — бегут!
бегут!
Голос Климова:
Повелительные призывы музыки.
Бегут на выход! на выход!
Косая шторка, как удар хлыста.
= По вечернему лагерю — бегут фигурки заключённых!
И все — в одну сторону!
В музыке — штурм, в музыке — мятеж!
На белом снегу и в полосах света от окон бараков хорошо видны фигурки бегущих. Они с брусьями, с палками. Уже и с ломами. Бегут! Бегут!
Музыка: лучше смерть, чем эта позорная жизнь! В этой волне нельзя остановиться! Готовы бежать с ними и мы!
Близко
в полутьме — отрешённые лица бегущих! Они слышат
этот марш, которому остановка — смерть!
= Вот виден и мрачный БУР, к которому сбегаются со всех сторон!
Громкое, на весь лагерь, натужное скрипение — это визжат десятки гвоздей,
= это выламывают доски из обшивки забора.
= В мощном заборе уже несколько проломов — и туда лезут, лезут!
= На телефонном столбе — заключённый
обрезает последний провод
и начинает осторожно (он без кошек, в простых ботинках) слезать.
Да это Володя Федотов!
Столб, с которого он слезает, близко от калитки в БУР. Один конец провода так и повис через забор тюрьмы. Связь перерезана!
Всё то же скрипенье. Стук ломов.
Перенос вбок, рывком.
= По линейке убегают двое надзирателей. За ними гонятся зэки, швыряют вслед им камни, кирпичи.
Те успевают вбежать в узкую дверь внешней вахты, закрыться —
и ещё пара кирпичей в тесовую стенку вахты
шлёп! шлёп!
Перенос рывком.
= Бьют стёкла, бегая вокруг штабного барака. В луче мелькает: «Строители пятой пятилетки!»…
Звон стёкол.
= С крыльца сбегает Бекеч. Он озирается. Он бежит…
= …в сторону вахты. Но наперерез ему — двое с ножами! Круто повернув, Бекеч бежит…
= …мимо забора хоздвора… закоулком тёмным мимо уборной… и те двое — за ним!
Встречаются зэки, но не мешают Бекечу…
А с ножами сзади гонятся… гонятся…
= Стремительно пересекая освещённое пространство, Бекеч бежит…
в самый угол зоны, к угловой вышке, на прожектор…
Нас ослепляет прожектор.
Выстрел с вышки над нашей головой.
= Преследующие замялись, отступают.
Голос Бекеча:
= Поднырив под луч прожектора, видим, как Бекеч сбросил шинель, перекрыл ею колючую проволоку и неловко перелезает, нелепо балансируя, через угловой столбик предзонника. Спрыгнул с той стороны, упал, поднялся.
И, карабкаясь по откосой ноге вышки, схватился за ствол карабина, спущенный ему оттуда.
Поднялся на вышку (видим его ноги, взлезающие выше экрана).
= Шинель так и осталась висеть на колючей проволоке.
Шторка. Обычный экран.
= Комната тюремной канцелярии. Два надзирателя склонились над телефоном. Один (с
Нет ответа!..
Шторка. Широкий экран.
А марш! зовёт на штурм, наливается силой! В его тревожных перебеганиях
= перебегают, носятся заключённые за проломленным, а где и поваленным забором.
= Здесь ломами тяжёлыми бьют по решёткам! Отгибают их ломами, как рычагами! Звуки ударов сливаются с ликованием марша!
= С неба вспыхивает странное освещение: яркое, дрожащее, бледно-зелёное.
Это с вышки бросили осветительную ракету — охрана хочет видеть, что происходит в лагере.
= В этом мертвенно-зелёном свете видим, как бьют толстыми ломами в железную дверь тюрьмы. Но она не поддаётся!
Марш обещает победу! Выше, выше! Вперёд, вперёд!
= Ракета померкла. Взгляд вдоль тюремной стены. Кто-то взобрался на спину другого и, сравнявшись с окошком камеры, кричит:
Ослепительная розовая ракета.
