Пьесы и сценарии полностью

КУКОЧ. Можем! Да не безпокойтесь, за это ничего не будет! Я это уже применял в том лагере, где был прорабом. Блестящий результат!

ОВЧУХОВ. Смело придумано.

КУКОЧ. Второе: так же изменить и шкалу каш — чтобы на одну и на две каши нужно было бы перевыполнить больше процентов.

ОВЧУХОВ. Это мы и сами догадались. Повышали, уж некуда. Дойдут работяги.

МЕРЕЩУН. Не дойдут! Как доктор говорю: не дойдут.

КУКОЧ. Третье: разрешать свидания с родственниками только за сто пятьдесят процентов, ночные свидания с женой — только за двести один процент, а за двести пятьдесят — две ночи. Четвёртое: не принимать с почты продуктовых посылок для заключённых, вырабатывающих ниже ста двадцати процентов.

ОВЧУХОВ. Да разве мы имеем право?

КУКОЧ. Слушайте! Пока родственники разберутся, пока напишут жалобы, пока пошлют, пока дойдут, — мы хотя бы на три зимних месяца схватим за горло тех, кто живёт на своих продуктах, кто не нуждается в лагерной кухне! Или вкалывай как вол — или подыхай! Очень важно! Пятое — нормировщик. Ну, этого я сам… Шестое…

ОВЧУХОВ. Это всё верно. Это всё правильно. Много ещё?

КУКОЧ. Пятнадцать мероприятий наберу.

ОВЧУХОВ. Ну, тогда скажи — а шестнадцатое?

КУКОЧ. А шестнадцатое? За счёт общего повышения производительности выделить строительную бригаду для окончания к праздникам вашего собственного дома!

ОВЧУХОВ. Угадал! Угадал! У меня там столярные работы, малярные…

КУКОЧ. Знаю, знаю.

МЕРЕЩУН. и выходит — кругом шестнадцать.

ОВЧУХОВ. Деловой! Опыт имеешь. (Звонит.)

Тотчас же входит СОЛОМОН, держа руки за спиной.

Ты как догадался, что я — тебя?

СОЛОМОН. Ангел отлучился, гражданин начальник, и я зашёл, чтоб вам не ждать.

ОВЧУХОВ. Книгу приказов — тащи!

СОЛОМОН (выводя книгу из-за спины). Пожалуйста.

ОВЧУХОВ (поражённый). Ну, ты настоящий царь Соломон! Как же ты догадался, что мне — книгу приказов?

СОЛОМОН. Угадывать ваши мысли — моя обязанность.

ОВЧУХОВ. Золотые люди меня окружают! Вот что значит — я умею людей подбирать. Как правильно товарищ Сталин сказал: «Кадры решают всё». «Люди — самый ценный капитал». У нас этот лозунг висит во дворе?

СОЛОМОН. В столовой висит, гражданин начальник.

ОВЧУХОВ. Вот дурак этот Культурно-Воспитательная Часть, только знает щепки со строительства домой возить, всё забываю ему сказать: «Кто не работает, тот не ест» в столовую перевесить, а «ценный капитал» во двор.

СОЛОМОН. Передам, гражданин начальник.

ОВЧУХОВ. Садись, пиши.

Соломон присаживается, надевает очки.

Приказ номер… Какой там номер?

СОЛОМОН. Двести тридцать шестой.

ОВЧУХОВ. Так. Параграф первый. Завпроизводством зэ-ка… как его?

МЕРЕЩУН. Нержина…

ОВЧУХОВ. …зэ-ка Нержина за необезпечение крутого подъёма производительности труда…

СОЛОМОН. Может, глаже сказать — за снижение производительности?

ОВЧУХОВ. Катай! За снижение произво…

МЕРЕЩУН. Уж тогда — за резкое снижение.

ОВЧУХОВ. …за резкое снижение производительности труда — снять! Параграф второй: назначить завпроизводством зэ-ка…

МЕРЕЩУН. Зэ-ка инженера Кукоча!

Разрисованный занавес.

Просторная грубо оштукатуренная комната в строящемся здании. Огромный временный стол. Дверь с табличкой «старший прораб», дверь в маленькую кухоньку, где стряпает Люба, входная дверь. За малым столом сидит Дорофеев, обложенный справочниками и бумагами. Лысая голова его обмотана по лбу полотенцем. Ещё стоит ничей стол впереди посередине. Грубые скамьи, табуретки целые и ломаные.

Нормировочная гудит от ДЕСЯТНИКОВ, заполняющих наряды, и спорящих с ними бригадиров. По одежде и обуви видно, что на дворе — дождь и грязь. Входят, выходят, пишут стоя и сидя, где попало, тащат у нормировщика бланки и портят их, тормошат обезсиленного Дорофеева, берут с его стола книги. В спорах оживлённо участвует и Нержин.

Пасмурно. Неопрятно. Накурено.

Из общего гула вырываются реплики.

ГАЙ. А изготовление раствора?

ГОРШКОВ. Входит в норму кладки. Ты ж не вручную — растворомешалка.

ШАРЫПО (кричит Горшкову). Обгрёбываете православных! На хрена мне ваша растворомешалка? Час работает — сутки току нет!

Из кабинета прораба выходит Кукоч. Он медленно проходит к переднему столу и садится на него, спиной к зрителям.

1-Й ДЕСЯТНИК. Надо горбить, а не тухту писать! За сто двадцать процентов вы должны так наработаться, чтоб на карачках ползали!

1-Й БРИГАДИР. Как? и разметка, и сверловка по ноль восемнадцать за дырку? А ты учитываешь, что я на вертикально-фрезерном сверлю?

ДОРОФЕЕВ. Ну, нормы, ну, единые государственные расценки, милый человек, не сказано — на каком станке.

2-Й БРИГАДИР. План, план! — задницей планируете! Сказали лаги поставить — я поставил, сказали полы настелить — я настелил, а потом срывать? Я виноват, что вам цементный захотелось? Завпроизводством! Мне за работу не платят, я бригаду сажаю, составляйте конфликтную комиссию!

НЕРЖИН. Слушайте, десятник! За ошибки вашего руководства мы не отвечаем. Вы извольте платить!

ДОРОФЕЕВ. Ну кто взял справочник по бетонным работам? Ну кто взял? Не могу я в такой обстановке…