М а р к
А н я. Нет…
М а р к. Что, Петя, плохи мои дела, не любят меня больше девушки.
С т а р и к. Здорово, мужики. Эх, едрена корень, сколь попилил, а уж руки, того, трясутся, а все бабы — язви их в душу.
А н я. Папа, это Марк.
Олин муж, Марк.
С т а р и к. Ах ты!.. Ах ты, едрена-зелена!
М а р к
С т а р и к. Да по мне… все одно. Я вашу нацию очень даже уважаю. Ученые и друг за дружку держатся, не то что наш брат Иван, правда, Петя?.. Марк… стало быть, Маркел, ежели по-русски… Ну-ну… То-то я гляжу, не наш вроде мужик стоит, не деревенский. Штаны-то чего такие обтрепанные? Хотя тут сгодится по лесу шлындать. Нюта говорила, образованный ты, институт кончал?
М а р к. Академию.
С т а р и к. Ну?! Военную?
М а р к. Да нет, художеств.
С т а р и к. Это что ж значит — малюешь? Художником где работаешь?
М а р к. Архитектором.
С т а р и к. Архитектор?.. А что, ежели на военный чин перевести, так это вроде полковника будет?
М а р к. Берите выше, Василий…
А н я. Иванович.
С т а р и к. Неужто генерал?
А н я. Папа, Марк шутит…
М а р к. Шучу, Василий Иванович, извините, шучу. Рядовой я. Самый что ни на есть рядовой.
С т а р и к. Как так — рядовой? Учился — и рядовой? Зачем же тогда голову задурять?
М а р к. А вот это вы совершенно правы — незачем.
С т а р и к. Я вот нигде не учился, а, слава богу, прожил не хуже какого генерала. По пятьсот рублей на шахте зарабатывал, веришь — нет? Вот Петька, хороший мужик, а куда ему против меня — больше двухсот не выколачивает.
К у л и к о в. Да я, Василий Иванович, если захочу… Без хозяйки оно все одно прахом летит…
С т а р и к. Это я, Петя, знаю. Ох знаю!..
А н я. Папа! Помолчи.
С т а р и к. Молчу. Молчу, Нюточка, молчу. Я теперь в чужом доме живу. Деваться некуда. Надо молчать.
А н я. Ох, ну зачем!..
С т а р и к. Ты, Петька, своих девок в строгости держи. Ведь они только малые — ангелы безобидные, а как подрастут — так и начнут кровь сосать, сердце родительское грызть. От них прежде времени в могилу сходим, от них, от деток!
А н я
С т а р у х а. Опять все с утра кричат. Идите поешьте. Пустой желудок сердце дразнит.
М а р к
А н я. Это, бабушка, Олин муж, Марк.
С т а р и к. Сподобил господь, а, бабка Настя? Всю родню поглядел. Кольку бы теперь только из армии дождаться… Дождусь! Теперь-то дождусь! Видать, не такой уж я греховодник, старунь, как ты говорила, а?
С т а р у х а. Погляди, погляди, порадуйся напоследок. Пойдем, приезжий человек, с нами, покушай, отдохни.
М а р к. Спасибо, бабушка.
С т а р и к
К у л и к о в
А н я. Чего тебе?
К у л и к о в. Придешь сегодня?
А н я. Не знаю, Петь… гости…
К у л и к о в. Какие гости? Муж к жене приехал. На что ты им? Им сегодня никто не нужен… Придешь?.. Скучаю я без тебя, Ань… Прямо места не нахожу. Приходи, слышь? Придешь?
А н я. Я постараюсь.
К у л и к о в. Чего он так на тебя смотрел… видала?
А н я. Кто?
К у л и к о в. Этот… Марк.
А н я