Королева Здравый Смысл.
Жрец.
Медик.
Жрец.
Фастиан. На этом заканчивается первый акт, сэр.
Снируэлл. Ваша трагедия, Фастиан, весьма аллегорична. Как вы думаете, будет она понята публикой?
Фастиан. Сэр, я не могу ручаться за публику. Но мне кажется, что мой панегирик весьма уместен и будет всем понятен.
Снируэлл. Какой это панегирик?
Фастиан. Да нашему духовенству, сэр, во всяком случае лучшим его представителям. Я показываю разницу между языческим жрецом и христианским священником. Я старался писать как можно абстрактнее и избегать всяких намеков. Надеюсь, никто не сможет обвинить меня в том, что я непочтителен к религии.
Снируэлл. Ну, а ваша сатира на закон и медицину не слишком ли уж абстрактна?
Фастиан. Моя сатира отнюдь не направлена против честного адвоката или хорошего врача. Ведь такие все-таки бывают. Но встречаются они редко, и это уж не моя вина. К тому же я питаю личную неприязнь к представителям этих двух профессий, ибо однажды они составили форменный заговор против меня.
Снируэлл. Как это так?
Фастиан. Не так давно аптекарь принес мне объемистый счет за лекарство, а адвокат заставил меня его оплатить.
Снируэлл. Ха-ха-ха! Вот уж подлинно заговор!
Фастиан. Сейчас, сэр, начнется второй акт. В моей трагедии всего три акта.
Снируэлл. А я думал, что трагедии не подобает быть трехактной.
Фастиан. Быть может, вы и правы. Но мне никак не удалось далее протянуть существование Здравого Смысла, даже ее призрака. Однако пора начинать второй акт.
Снируэлл. Скажите, пожалуйста, сэр, кто это там лежит на кушетке?
Фастиан. Как кто? Неужели же вы ее не узнали, сэр? Ведь это спящая королева Здравый Смысл!
