Пьесы [сборник] полностью

ШЕФ ПОЛИЦИИ. Безусловно, господин Судья, но это достоинство, ставшее таким же бесплотным, как кристалл, делает вас неспособными управлять людьми. Над вами, выше вас, стоит Королева. Сейчас именно от нее зависит ваша власть, ваше право. Еще выше — наше знамя, на котором, по моему приказу, начертан образ Шанталь-победительницы, нашей святой.

ЕПИСКОП(агрессивно). Над Ее Величеством, которую мы чтим, и над ее знаменем — Бог, который говорит моим голосом.

ШЕФ ПОЛИЦИИ(возмущенно). А вы выше Бога?

Молчание.

Так вот, господа, выше — вы, без которых Бог был бы ничем, а выше вас — я, без которого…

СУДЬЯ. А народ, фотографы?

ШЕФ ПОЛИЦИИ(становясь саркастичным). На колени перед народом, стоящим на коленях перед Богом, а значит… (Все смеются.) Вот почему я хочу, чтобы вы служили мне. Но только что вы все так хорошо говорили. Я отдаю дань вашему красноречию, свободному владению словом, чистоте вашего тембра, мощности вашего голоса. Я же остаюсь человеком действия, неловким в словах и мыслях, когда они сразу не воплощаются, вот почему я задаю себе вопрос: а не водворить ли вас назад, в ниши? Я этого не сделаю. По крайней мере сейчас, потому что… вы уже там.

ГЕНЕРАЛ. Месье!

ШЕФ ПОЛИЦИИ(толкает Генерала, тот валится на пол и, оторопев, остается лежать на полу). Лежать! Лежать, Генерал!

СУДЬЯ. Моя мантия может задраться…

ШЕФ ПОЛИЦИИ(толкает Судью, тот падает). Лежать! Если вы хотите быть Судьей, будьте таким, какого желаю я. Таким, который соответствовал бы вашим достоинствам. Значит, я должен стремиться к все большему признанию вас в этом качестве. Да или нет? (Никто не отвечает.) Так да или нет?

Епископ осторожно отодвигается.

КОРОЛЕВА(медовым голосом). Простите его, он погорячился, я лично прекрасно знаю, зачем вы пришли ко мне: вы, Монсеньор, хотели обрести святость быстро и решительно. Золото моих ряс почти ничего не значило, я уверена. Не только примитивные амбиции привели вас за мои закрытые ставни. Вас призвала любовь к Богу, я это знаю. Вы, господин Прокурор, руководствовались исключительно заботой о справедливости, ведь в моих зеркалах вы желали видеть тысячи отражений поборника справедливости. А вас, Генерал, подстегивали военная слава, мужество и героизм. Так давайте, действуйте потихоньку, без угрызений совести…

Все трое с облегчением вздыхают.

ШЕФ ПОЛИЦИИ. Вам это приносит облегчение, так ведь? На самом деле вы вовсе не стремились выйти из своей скорлупы, вступить в контакт с миром, совершая жестокие поступки. Я понимаю вас. (Дружески.) Мой персонаж, увы, пока в состоянии формирования. Короче говоря, как вы знаете, он еще не входит в номенклатуру борделей.

КОРОЛЕВА. В розовый справочник.

ШЕФ ПОЛИЦИИ. Да, в розовый справочник. (Обращаясь к Трем Фигурам.) Господа, неужели вам не жаль такого несчастного, как я? (Смотрит на них по очереди.) Неужто ваше сердце не смягчится? Ведь это для вас методом проб и ошибок были созданы эти салоны и знаменитые Обряды. Они потребовали длительной работы, бесконечного терпения, а вы собираетесь воспарить в свободном полете? (Его тон становится почти униженным, сам он вдруг начинает казаться усталым.) Подождите немного. Я пока озабочен предстоящими делами… но как только я почувствую, что начинаю бесконечно размножаться, тогда… тогда, освободившись от своей жестокости, я пойду внедряться в сознание людей. И тогда вы вновь обретете ваши тряпки и, если захотите, двинетесь в путь за работой. (Епископу.) Вы молчите… (Долгое молчание.) Вы правы… Помолчим и подождем… (Опять долгое тяжелое молчание.)…Вот, может быть, теперь… (Тихо и униженно.) Готовится мой апофеоз…

Видно, что все в ожидании. Потом, как бы украдкой, из левой двери появляется Кармен. Первым ее замечает Посланник, он молча показывает на нее Королеве. Королева знаком показывает ей, чтобы она вышла, но Кармен, наоборот, делает шаг вперед.

КОРОЛЕВА(приглушенным голосом). Я запретила беспокоить нас. Что тебе?

Кармен подходит.

КАРМЕН. Я хотела позвонить, но аппараты плохо работают. Простите. Я хотела бы с вами поговорить.

КОРОЛЕВА. Ну давай решайся.

КАРМЕН(колеблется). Это… я не знаю…