Пьесы [сборник] полностью

РОЖЕ(немного обеспокоенно). Да, как раньше…

КАРМЕН(мягко). Вы участвовали?

РОЖЕ(очень печально). Да. Все пропало… А самое грустное, что теперь говорят: «Восстание было прекрасно!»

КАРМЕН. Не нужно больше об этом думать. И не прислушивайтесь к шумам. Впрочем, идет дождь. На гору обрушился смерч. (Наигранным голосом.) Здесь вы у себя дома. (Показывая на Раба.) Заставьте его говорить.

РОЖЕ(Рабу, играя свою роль). Ты ведь умеешь говорить? А что еще ты умеешь?

РАБ(лежа на животе). Прежде всего, я умею гнуть спину, могу распластаться. (Берет ногу Роже и кладет на свою спину.) Вот так… и даже…

РОЖЕ(нетерпеливо). Да… и даже?

РАБ. Валяться в грязи, если есть возможность.

РОЖЕ(затягиваясь сигарой). По-настоящему? А если нет грязи?

КОРОЛЕВА(говоря в сторону). Он прав. Мы должны предусмотреть грязь, в хорошем доме… Но сегодня — день открытия, а он обновляет Салон…

РАБ(Роже). Я чувствую на своем теле, Месье. Повсюду, кроме рта, открытого, чтобы петь вам хвалу и испускать эти стоны, сделавшие меня знаменитым…

РОЖЕ. Знаменитым? Ты знаменит?

РАБ. Знаменит. Своими песнями, Месье, прославляющими вас.

РОЖЕ. Значит, твоя слава сопутствует моей. (Кар мен.) Он хочет сказать, что его уста разносят славу обо мне. А… если он замолчит… меня не будет?

КАРМЕН(сухо). Мне хотелось бы вас удовлетворить, но вы задаете вопросы, не предусмотренные сценарием.

РОЖЕ. А тебя кто воспевает?

РАБ. Никто. Я умираю.

РОЖЕ. А чем бы ты был без меня, без моего пота, слез, крови?

РАБ. Никем.

РОЖЕ(Рабу). Ты поешь? А что ты еще делаешь?

РАБ. Мы делаем все возможное, чтобы быть как можно недостойнее вас.

РОЖЕ. Что, например?

РАБ. Мы стараемся гнить на корню. И поверьте, это не так-то просто. Жизнь пересиливает… но мы держимся стойко. Мы становимся все меньше с каждой…

РОЖЕ. С каждой ночью.

РАБ. С каждой неделей.

ШЕФ ПОЛИЦИИ(в сторону). Мало. При некотором усилии…

ПОСЛАННИК(Шефу полиции). Тихо. Дайте мне довести роли до конца…

РОЖЕ. Мало… При некотором усилии…

РАБ(приходя в восторг). С радостью, Ваше Превосходительство. Вы так прекрасны. Так прекрасны, что я даже задумываюсь, сверкаете ли вы или воплощаете тьму самой черной ночи.

РОЖЕ. Не важно, ведь я реализуюсь лишь в реальности твоих слов.

РАБ(подбираясь к лестнице, ведущей наверх). У вас нет ни губ, ни глаз, ни ушей, вы — это один грохочущий рот, и в то же время — один притягивающий и бдительный глаз…

РОЖЕ. Ты-то видишь это… но другие, знают ли они?

Знает ли ночь? Смерть? Камни? Что говорят камни?

РАБ(продолжая отползать на животе и начиная так же ползком подниматься по лестнице). Камни говорят…

РОЖЕ. Ну, я слушаю?

РАБ(переставая ползти, повернувшись к зрителям). Цемент, связавший нас в твоей могиле…

ШЕФ ПОЛИЦИИ(повернувшись к зрителям, бьет себя в грудь, произносит с радостью). Камни со мной на «ты»!

РАБ(продолжает)…цемент замешан на слезах, слюне и крови. Глаза и руки каменщиков передали нам свою печаль. Мы — твои, только — твои.

Раб возобновляет свое восхождение.

РОЖЕ(все больше возбуждаясь). Все говорит обо мне! Все дышит мною и боготворит меня! Моя история была прожита для того, чтобы была записана, а потом прочитана еще одна славная страница. Прочтение ее — и есть самое главное.

Обнаружив вдруг, что Раб исчез, говорит, обращаясь к Кармен:

Но… куда он идет? Где он…

КАРМЕН. Петь гимны. Он возносится. Он расскажет… что поддерживал вас… и что…

РОЖЕ(беспокойно). Да, и что еще?.. Что он еще скажет?

КАРМЕН. Правду: что вы мертвы, вернее, что вы в постоянном умирании, и что ваш образ, как и ваше имя, множится до бесконечности.

РОЖЕ. Ему известно, что мой образ повсюду?

КАРМЕН. Вписанный, выбитый, внушенный страхом, он повсюду.

РОЖЕ. В ладонях докеров? В глазах мальчишек? На устах солдат? В войне?

КАРМЕН. Всюду.

ШЕФ ПОЛИЦИИ(в сторону). Значит, я выиграл?

КОРОЛЕВА(умиленно). Ты счастлив?

ШЕФ ПОЛИЦИИ. Ты хорошо сработала. Твой дом — совершенство.

РОЖЕ(обращаясь к Кармен). И в тюрьмах? И в морщинах стариков?

КАРМЕН. Да.

РОЖЕ. И в изгибах дорог?

КАРМЕН. Нельзя требовать невозможного.

Те же звуки, что и раньше: петух и наковальня.