Обожженного и пришибленного Прыгуна забрали драконы. Лекарь Гордей Морган с умным и строгим лицом, в белоснежном халате поверх костюма с галстуком и со своим неизменным чемоданчиком в руке произвел на спасателей, врачей скорой помощи и гаишников самое благоприятное впечатление. Тем более что они были сильно обескуражены тем, что достали из машины иностранца, да еще явно больного, хотя и без свежих травм. Особый драконий взгляд позволил быстро оформить все бумаги.
Гордей представился личным врачом пострадавшего. Он перекинулся с прыгуном несколькими словами на прекрасном английском, успокоил больного, который что-то испугано лопотал.
– Про медведя говорит. Выбежал, напугал, – сообщил Гордей присутствующим.
Все оживились, стали обсуждать.
– Вот уж эти иностранцы со своими стереотипами о России, мороз, водка, медведи, – сказал врач скорой, судя по внешнему виду, сильно пьющий интеллигент.
– Это точно. Наверное, заяц пробежал. Какие здесь медведи! Раньше лоси были, из-за них часто аварии случались, а теперь и их нет, – подтвердил гаишник.
– Может, конечно, собака выбежать, или кошка, их частенько здесь давят, – вступил в разговор водитель скорой.
– Он, бедненький, очень испугался, совсем не соображает, – пожалела пострадавшего молоденькая медсестра. – Почему у него голова бинтом обмотана? – спросила она Гордея.
– Видите ли, милая, мой пациент страдает рядом тяжелых болезней. Одна из них – эпилепсия. У него вчера случился приступ, он потерял сознание и упал лицом прямо на газовую горелку. Сильно обжегся, хорошо, что не погиб. Видно, испуг и боль совсем расшатали его психику. Тут возможны и галлюцинации, и неадекватные действия, такие, как поездка куда глаза глядят, вернее, один глаз глядит. Хорошо, что он пока не буйный, – пояснил Гордей.
После этих слов иностранца без каких-либо пререканий передали Гордею. Все были рады, что так удачно и быстро избежали лишних хлопот со странным пострадавшим. Сам Прыгун, однако, проявил некоторое беспокойство, когда его стали усаживать не в машину скорой помощи, а в черный джип, но легкий шлепок Булата по голове успокоил его.
Пострадавшего привезли в квартиру Гордея. Там его раздели, уложили на кровать. В кармане пальто обнаружили кулон Арона с маленьким ажурным ключиком, прикрепленным к золотой цепи. Там же нашелся еще один любопытный предмет, похожий на небольшую брошь без замка. Камень белого цвета был вставлен в круглую золотую оправу.
– Это природный криолит, – сказал Гордей, крутя вещицу в руке. – Камень, думаю, из Гренландии. Золото старинное. А сам минерал качественный, но недорогой.
– Это и настораживает. Если бы я нашел у него кольца и бриллианты Арона, не удивился бы. Чувствую, не простая безделушка, – сказал Булат.
– Сейчас все узнаем, – заверил Гордей.
Лекарь внимательно осмотрел Прыгуна, обработал ему рану на лице и наложил повязку, а также напоил одной из своих чудодейственных микстур. В результате больной ожил настолько, что его для безопасности привязали к креслу.
– Допрос нужно вести быстро. Он серьезно болен. Светлый промежуток продлится недолго. У нас не более четверти часа, – сказал Гордей.
Булат уселся напротив убийцы и полминуты смотрел на него в упор немигающими глазами из-под мохнатых нахмуренных бровей. Под таким взглядом Прыгун обмяк, здоровый левый глаз его закатился, оставив в прорези века только воспаленный белок.
– Все, готов. Как я этого не люблю. Поорать бы на него, кулаками помахать, попугать. Хоть бы душу отвел. А то сидит тряпка тряпкой. Но раз уж больной, да и с английским у тебя лучше, – недовольно проворчал стражник. – Давай, начинай.
Гордей уселся в кресло на место Булата и стал четко и властно задавать вопросы.
– Как зовут?
– Рональд, – достаточно громко ответил иностранец.
– Откуда ты?
– Из Лондона.
– Ты убил Арона?
– Да.
– Зачем?
– Получил задание.
– От кого?
Тут голова обожженного стала заваливаться набок, он захрипел, шею и тело выгнула судорога.
– Все, выводи скорей, – закричал Гордей, вскакивая с кресла и подбегая к больному.
Булат же все тряс злодея и с бешеным упорством повторял вопрос:
– Кто тебе приказал?!
– Сейчас помрет, выводи скорей, – оттолкнул его Гордей.
Стражник треснул Рональда кулаком по лбу, судороги прекратились, зрачок левого глаза вернулся на прежнее место.
– Ну, зачем так-то, – сказал Гордей.
– Сам орешь «быстрее». Обещал ведь четверть часа, а он и пяти минут не продержался, – никак не мог успокоиться разочарованный стражник.
– А что я? Тут и ожог, и травма, да и ты со своими кулачищами. Ведь он простой человек. Много ли ему надо? Гордей лечи, спасай, – обиженно ответил лекарь.
– Может, ты ему еще какой микстурки дашь, да продолжим? – с надеждой спросил Булат.
– Нет. Не получится. Не сейчас, – уверенно заключил врач, осматривая потерявшего сознание Рональда. – Ему значительно хуже, чем должно быть после ожога. Я поначалу неверно оценил. Это странно. Нужно разбираться. Подлечу, тогда допросим.
– Убил бы сейчас, гада. Лечить его еще! – возмутился Булат.
