Сложнее было найти актера на главную роль. Рюмит Аунти, о котором так восторженно щебетала моя драконица, был никому не известным статистом. Да и типаж у него был совершенно не тот, что у настоящего капитана То. Потом еще Югани сказал, что для повышения кассовых сборов нужно изменить сценарий. Я не сопротивлялся, не лез, а ждал. Шел назначенный 9670 год. Моя невеста должна была появиться на киностудии "Витпар". Мы находились в комнате для продюсеров с огромным панорамным окном, из которого сцена была видна как на ладони. Я впервые смог рассмотреть, как появляется моя Радалия. Огромный всплеск силы, голубая вспышка и вот среди дерущихся актеров стояла моя маленькая, испуганная и встревоженная.
Все внутри меня подобралось, готовое ринуться на ее защиту. Но режиссер успел заметить проказницу, испортившуюся ему такой кадр. Я улыбался, не слушая даже Югани, который третий раз требовал изменить сюжет, добавить в него драматизма. Вот пристал. Неужели не почувствовал, что Рада здесь?
Я отмахнулся от протянутых листов и рванул к лестнице. Рада покинула ангар, и мне хотелось поскорее заключить ее в свои объятия и не выпускать, как вдруг дорогу мне перегородила актриса, играющая главную роль.
— Господин Мел, я хотела с вами поговорить кое о чем.
Вот приставучая, когда я на кастинге настоял на ее кандидатуре, она видимо решила, что раз я выделил ее из многих, то влюбился, и теперь пыталась вить из меня веревки. Югани тогда хотел другую актрису, но Сария в гриме была так похожа на Радалию. Без него да в боевой раскраске искусительницы — ничего общего. Сам не понимал, что я в ней тогда нашел, но отступать было поздно, да и слова назад не забираю.
Сария уже всем нервы вытрепала своими придирками и требованиями. Даже продюсер вчера на коленях умолял меня заменить актрису. Довела мужчину до ручки.
— Я занят, — выдал ей, а сам переместился к выходу. Югани последовал моему примеру.
— Но господин Мел, — пискляво протянула обиженная Сария, а Югани тихо пробурчал:
— Скорее бы уже доснять фильм и забыть об этой выскочке, как о страшном сне.
Я все слышал и понимал кузена, но… я истинный дракон и не могу менять своих решений. В конце концов, он не один страдал, я тоже за компанию. При том, что Югани Сария на шею не вешалась, знала, что тот женат. А моя невеста сейчас оказалась за пределами территории киностудии, к воротам которой я и спешил.
И я уже видел как Серчий, этот вымогатель денег, а не продюсер, приставал к моей малышке. Ревность вспыхнула с такой силой, что хотелось размазать этого слюнтяя по асфальту и подписать, что здесь умер Серчий Град, охальник, пристающий к непорочным девам.
Как я устал от этого безнравственного времени, где все решали деньги. Целомудрие и верность обесценились, и каждая актрисочка считала, что для получения роли нужно найти с кем переспать. Град был из тех, кто именно так и проводил кастинги, а я готов был его убить за то, что он посмел себе подумать о моей невесте.
— Да ты знаешь, сколько у меня денег? — кричал Серчий, не замечая моего приближения. — Тебе и не снилось. Это ты должна понимать, что такими предложениями не разбрасываются. Я сделаю из тебя звезду.
— Это я из тебя сделаю звезду, прямо тут, на асфальте, увековечу на долгую память потомкам, — рыкнул, еле сдерживая оборот.
С большим бы удовольствием откусил Граду голову, а может, и ноги, чтобы ползал и не мнил себя богатеем. Все его деньги мои, и он сам напросился на урок. Я преподам ему его, вот только о любимой позабочусь, успокоюсь и уже с холодной головой вернусь к этой теме. Тут Рада заметила Югани, который спрятал лицо, чуть не раскрыв свою личность. Хотел выругаться, да сам виноват, совсем расслабился, от радости все из головы вылетело. Рада так странно влияла на меня, но мне нравилось то, что вытворяла моя любимая.
И сейчас для меня существовала лишь она, Радалия Шемар, которая радостно повисла на моей шее. Это стало так обыденно, правильно. Встречаться, держать ее в своих руках и целовать на глазах у всего мира. Моя драконица. Это наша девятая встреча, а для нее шестой прыжок. И я с нетерпением ждал, когда же закончится это путешествие, чтобы понять свой замысел и начать колдовать над браслетом и приготовить все для нашей последней встречи, той, после которой мы не расстанемся никогда.
Я решил проводить невестушку в свой личный кабинет, попутно рассказывая, где да что расположено, так как драконица пыталась пихнуть свой любопытный нос во все двери. Я поражался тому, как же Рада отличалась от всех женщин на свете. Она была свободная, как ветер, страстная, как огонь, порой спокойная и плаксивая, как вода. Все ее стихии прекрасно уживались в теле драконицы. И я был уверен, что скоро она станет достойным конкурентом Югани. Не мне, конечно, но сильной магиней.
