— Давай без ворчания. Шерлок Холмс и без этого работал. Лучше скажи, вы сравнили ДНК Груздева с образцом Живореза?
— Елена Павловна, здесь допотопное оборудование. К вечеру управимся.
Ну что ж, вот и решилась ближайшая судьба важного свидетеля. До вечера с освобождением торопиться не следует.
Петелина вернулась за стол, от которого отошла во время телефонного разговора. Она вспомнила про убийство в Собинке, о котором так красочно поведал Кулик. Пока с Груздева не снято подозрение, она обязана проверить его алиби по предыдущим случаям.
— Иван Ильич, у вас есть личный автомобиль?
— Да, а что?
— В прошлую среду вы не работали. Чем вы занимались в тот вечер?
— Вы на что намекаете? — насторожился водитель.
— Возможно выезжали из Владимира в соседний райцентр? В тот вечер тоже шел дождь.
Груздев отшатнулся на спинку стула, раздул ноздри:
— Я понял к чему вы клоните. Вы сказали, не первый случай.
— Вы были в среду в Собинке? — продолжала давить следователь.
— Баста, теперь без адвоката ничего не скажу. Не дождетесь!
— Тогда вы останетесь здесь. Мы имеем право задержать вас на двое суток.
— Двое суток! — вышел из себя Груздев.
— Здесь вам будет безопаснее. А мы пока проведем обыск в вашей квартире.
— Да что ж это такое…
Петелина покинула кабинет и объяснила местному следователю свое решение. Тот одобрительно кивал, а Елену мучили угрызения совести. Так всегда: очаровать, пообещать, вселить надежду, однако выполнение обещаний зависит не от ее воли, а от интересов следствия. Дерьмовая работенка.
Она вышла на свежий воздух. После неудачного допроса ей не терпелось заняться чем-то другим. Она понимала, что расстраиваться глупо, следствие — это не прямая дорожка к цели и не метания в потемках, а выбор направления среди разветвляющихся дорог и отсечение ложных путей.
Варвара ожидала ее, опираясь на капот служебной «Нивы». Черная фигура на фоне белой стали смотрелась особенно эффектно.
— Ресторан «Гончаров» далеко? — спросила Елена.
— Рядом.
— Тогда поехали.
Женщины сели в машину. Варвара выехала на улицу и проинформировала:
— Наши ребята в «Гончарове» уже были, я поболтала с ними.
— И что?
— В ресторане действительно получили звонок от водителя лимузина, что он подъехал. Но когда официант вынес заказ — машины уже не было.
— Сколько времени прошло?
— Минут пять-семь.
— Кто-то поджидал лимузин и опередил их.
— В ресторане не стали заморачиваться — заказ оплачен. Подумали, что заедут позже.
— Убийца сунулся в машину под видом официанта. Рожков не сразу сообразил, кто перед ним, а когда понял, было поздно. Живорез приступил к кровавому спектаклю. Часа ему хватило, — вслух рассуждала Елена.
— Но как он узнал, где и когда?
— Есть три варианта. Следил за жертвой. Утечка сведений из «Дольче Виты» или из «Гончарова». Что скажешь об этом ресторане?
— Пафосное место для богатых туристов. У наших бизнесменов и чиновников тоже пользуется популярностью. Осуществляют доставку, данные вбивают в компьютер. Журнал заказов мог посмотреть любой из сотрудников — что, куда, в какое время.
— А посетитель? Заказы распечатывают?
— Я думаю, в нескольких экземплярах: повару, бармену, администратору.
— Ну, вот, у нас есть рабочая версия.
В этот момент в машине сработала рация, настроенная на общую частоту следственно-оперативной группы под руководством Кулика.
«Внимание всем. Поступило сообщение, что главе областного департамента Ивакину доставили заказ из ресторана «Гончаров»: стейк с овощами. В блюде обнаружены мужские пальцы. У секретарши обморок, нам позвонили не сразу. Приметы курьера — на вид около двадцати пяти, светловолосый, худощавый».
— Вот и пальчики нашлись, — прошептала Елена, представив себя на месте секретарши, сервирующей блюдо.
— Живорез не без фантазии — то полюбоваться даст, то на вкус попробовать. — В голосе Варвары сквозь цинизм проскользнуло одобрение. — Представляю, что сейчас творится в областной администрации. Мы туда?
— В ресторан, — настояла Петелина.
— У нас не соскучишься, вчера труп, сегодня пальчики. — Варвара отвлеклась от дороги и кольнула взглядом следователя: — Еще не пожалели, что к нам приехали?
Валеев надавил кнопку звонка. Дверь открыла Ольга Ивановна.
— Здрасте, я к Насте, — вырвалось у Марата. Общение с чокнутым поэтом оставило подспудный след в его памяти.
— Привет, явился на обед? — подколола теща.
В прихожую вбежала Настя. После отъезда мамы она проживала с бабушкой. Взгляд девочки скользнул по рукам гостя, она протиснулась между ним и бабушкой, изучила каждый угол прихожей и разочарованно уставилась на Валеева:
— А сумка?
— Вот. — Марат распахнул принесенный пакет. — Я нашел твои кроссовки. Посмотри, проверь. А еще полотенце.
Протянутые кроссовки легли на ладони девочки, однако вместо радости она готова была заплакать. Секунду боролась с собой, потом дернула руками, и кроссовки свалились на пол.
— Мне не нужны кроссовки, их можно заменить. Мне нужна форма, спортивная форма с моей фамилией… Где она? Где моя сумка?
— Понимаешь, я не успел, сумка поехала в Молдавию. Но туда позвонят и…
