— В Молдавию? — насторожилась Ольга Ивановна. Она принюхивалась к перехваченному полотенцу. — Им пользовалась какая-то баба. Ты от кого притащил? И смеешь совать Насте. А если твоя баба заразная?
— Да не моя она. Обычная продавщица.
— Успокоил, зятек.
— Да что вы пристали к этому полотенцу! — Настя вырвала полотенце и швырнула на пол.
— Помой руки. С мылом помой! — тут же скомандовала бабушка.
— Мне нужна спортивная форма: толстовка, поло, жилетка с моей фамилией. Два комплекта, такие же как у остальных девочек. Без формы меня не допустят до соревнований, меня вообще не возьмут в сборную! А вы про какое-то полотенце.
Настя отпихнула Марата и убежала в свою комнату, хлопнув дверью.
Ольга Ивановна угрожающе зашипела:
— Довел девочку. Спасибо, зятек. Это же надо до такого додуматься: полотенце от гулящей бабы притащить.
— Я хотел…
— Свои хотелки оставь при себе, не впутывай в них Настю.
— Да что вы несете! — сорвался Марат.
— В моем доме не кричи. Если ты такой беспомощный, я сама решу проблему. Теперь понятно, почему ты до седых волос в капитанах застрял. Сыщик называется.
— Я — оперуполномоченный, — насупился Марат.
— Вас как не назови: милиция, полиция, а добро украдут — считай, с концами.
— Я почти нашел сумку.
— Почти муж, почти майор, почти нашел. А чего до сих пор здесь толчешься? Где сумка? — Ольга Ивановна выдавила взглядом Валеева за дверь и напоследок крикнула: — Без тебя справимся, почти зять!
Избавившись от гостя, она подошла к Настиной комнате и вежливо постучала в запертую дверь:
— Настя, успокойся, моя золотая. Я знаю, что делать. Мы купим новую форму, точно такую же.
— Она сделана по заказу, — захныкала Настя.
— Кто производитель одежды? Спроси у девочек, пусть посмотрят на ярлыки. Сфотографируют и пришлют тебе.
Дав указание внучке, Ольга Ивановна взяла телефонную трубку и угнездилась на диване. Она звонила отцу Насти, бывшему мужу Елены, Сергею Петелину. Рассказав ему об украденной спортивной форме, расстроенной внучке, и обвинив во всем нерасторопного Валеева, она попросила денег на покупку новой формы.
— Без проблем, — заверил бизнесмен. — Дам сколько нужно, держите меня в курсе.
Ольга Ивановна закончила разговор с ласковой улыбкой. А может и зря она раньше пилила бывшего зятя.
Морально устаревшая «Нива 4х4» не была предназначена для быстрой езды, да и юркой ее не назовешь. Но Варвара вела машину столь агрессивно, что даже крутые джипы шарахались в сторону. Каждый понимал, столкнуться с бешеной старой тачкой — себе дороже.
Варвара лихо подкатила к ресторану «Гончаров», ударила по тормозам, окинула цепким взглядом машины на парковке. Ее белые зубки победно ощерились.
— Я первая, наших еще нет. — Она расстегнула кобуру, достала пистолет, взвела затвор и только тут словно заметила Петелину: — Вы думаете, что курьер, притащивший пальчики — наш маньяк?
— Не исключено. Хотя им может быть любой другой работник ресторана.
— Подкинул пальчики — и чист.
— Ты сказала, что ресторан популярен у чиновников, — вспомнила Елена, — а все жертвы Живореза, как раз…
— Точно! Вот, где он их пасет. — Тонкие ноздри девушки хищно раздулись, она сверкнула глазами: — Будем брать, или предпочитаете дождаться мужиков?
Вопрос был задан с подтекстом: ну что, слабо? Петелина приняла вызов:
— Терять время нельзя, мы обязаны задержать курьера. — Она распахнула дверцу и приказала: — За мной!
— Надо перекрыть запасной выход во двор, — остановила ее Варвара. — У вас оружие имеется?
— Не думала, что понадобится.
— Тогда я перекрою запасной выход, а вы дежурьте в машине. Если увидите подозреваемого, сообщите по рации, вас услышат все экипажи.
Несомненно, оперативник лучше знала, как действовать при задержании. Но Петелина не хотела, чтобы в первый же день ее заподозрили в трусости. Она решительно возразила:
— Будем действовать по-другому. Ты ступай к запасному выходу, а я зайду с главного.
— Уверены?
— У Живореза нет огнестрельного оружия. По крайней мере в материалах дела оно не фигурирует. А нож… — Елена пыталась бодриться: — Против ножа у меня женская сумочка, набитая документами. Испытанная защита.
Варвара не оценила шутку. Она молча кивнула и как-то быстро исчезла. Вместе с испарившейся вооруженной помощницей у Елены пропала уверенность, с которой она отдавала приказ. Появились ненужные мысли: нож тоже оружие, хотя и холодное, и Живорез доказал, что умеет с ним обращаться.
Однако отступать было поздно, авторитет завоевывается годами, а теряется в минуту. Она перед выбором, которого на самом деле нет.
И следователь отбросила сомнения.
Шаг из машины — время для нее будто спрессовывается, а нервные окончания электризуются.
