XVIII век начался реформами Петра Великого, а закончился реформами Екатерины II, также названной современниками Великой.Петр I умер, не оставив завещания. Престол при поддержке гвардейцев заняла венчанная императорской короной Екатерина Алексеевна.После ее смерти трон унаследовал внук Петра I — Петр II. Своевольный и упрямый ребенок-царь умер через три года от оспы.Потом наступило темное десятилетие. Верховный тайный совет призвал на царствование племянницу Петра Анну Иоанновну. Ее сменила дочь Петра Елизавета Петровна. Елизавете наследовал ее племянник (внук Петра) Петр III. На нем закончилась эпоха наследников Петра Великого.Наступила эра Екатерины Великой.
История рода Романовых документально воспроизводится с середины XIV века, с боярина великого князя московского Симеона Гордого — Андрея Ивановича Кобылы, игравшего, как и многие бояре в средневековом Московском государстве, значительную роль в государственном управлении.
У Кобылы было пятеро сыновей, младший из которых, Федор Андреевич, носил прозвище «Кошка».
По мнению русских историков, «Кобыла», «Кошка» и многие другие русские фамилии, в том числе и знатные, происходили от прозвищ, возникавших стихийно, под влиянием различных случайных ассоциаций, которые трудно, а чаше всего невозможно реконструировать.
Федор Кошка, в свою очередь, служил великому князю московскому Дмитрию Донскому, который, выступая в 1380 году в знаменитый победоносный поход против татар на Куликово поле, оставил Кошку править вместо себя Москвой: «Блюсти град Москву и охранять великую княгиню и все семейство его».
Потомки Федора Кошки занимали прочное положение при Московском дворе и часто роднились с членами правившей тогда в России династии Рюриковичей.
По именам мужчин из рода Федора Кошки, фактически по отчеству, назывались нисходящие ветви семьи. Поэтому потомки носили разные фамилии, пока наконец один из них — боярин Роман Юрьевич Захарьин — не занял столь важного положения, что всех его потомков стали называть Романовыми.
А после того, как дочь Романа Юрьевича — Анастасия — стала женой царя Ивана Грозного, фамилия «Романовы» стала неизменной для всех членов этого рода, сыгравшего выдающуюся роль в истории России и многих других стран.
Все даты даны по старому стилю.
В 1598 году династия Рюриковичей прекратила свое существование — умер, не оставив потомков, последний из династии царь Федор Иванович.
После долгих лет Смуты в 1613 году был созван Земский собор для избрания нового царя.
Им был избран Михаил Романов, ставший основателем новой династии, правившей Россией три столетия — до марта 1917 года.
От Михаила Романова в 1645 году трон перешел к его сыну — Алексею Михайловичу, который был отцом шестнадцати детей. Тринадцать из них родила его первая жена — Мария Милославская, троих — вторая жена, Наталья Нарышкина.
Так как последующее повествование не может обойтись без ряда подробностей, которые необходимы для того, чтобы стало ясно, когда и почему династия Романовых встала на путь заключения множества брачных союзов с немецкими владетельными домами, то уже царствование Алексея Михайловича будет освещено с учетом этого обстоятельства.
Ключевым моментом в истории, связанной со многими последующими событиями, является вторая женитьба Алексея Михайловича на Наталье Нарышкиной. И именно с нее мы и начнем следующую главу.
От первого брака, с Марией Милославской, у Алексея Михайловича было тринадцать детей — восемь девочек и пятеро мальчиков. Трое из них — царевна Софья и царевичи Федор и Иван — сыграют определенную роль в истории России и поэтому пройдут и по страницам этой книги, остальные же будут оставлены без внимания.
Царица Мария, прожив с Алексеем Михайловичем двадцать лет, умерла 3 марта 1669 года, когда ее мужу было сорок лет. К этому времени он уже прослыл человеком весьма неординарным, во многом отличавшимся от своих предшественников. При нем в Москве появился первый театр, был построен первый военный корабль — «Орел», созданы «полки нового строя» — прообраз будущей регулярной армии, увеличилось число школ и мануфактур.
Все эти нововведения происходили не без помощи западных купцов, мастеров, мануфактуристов, инженеров, аптекарей, врачей, офицеров, живших в Москве в иноземных слободах, более всего — в Немецкой слободе на берегу Яузы.
Иноземный быт с его опрятностью, комфортом, картинами и зеркалами, часами и обоями, заморскими яствами и механическими музыкальными шкатулками, оказался привлекательным и для русских дьяков и купцов, имевших дело с иноземцами в Москве либо бывавших за границей. И они постепенно стали вводить в домашний обиход наиболее привлекательные элементы западноевропейского быта.
Алексей Михайлович, предпочитавший за столом умную беседу традиционным возлияниям, пробовавший писать стихи, интересовавшийся архитектурой и живописью, быстро почувствовал вкус к иноземным новациям и не чурался общества московских «западников» — русских людей, считавших образцом для России порядки и обычаи Запада.
Случилось так, что ближе прочих стал Алексею Михайловичу тихий скромник и неутомимый труженик Артамон Сергеевич Матвеев, стоявший тогда во главе Малороссийского приказа, управлявшего делами восточной части Украины, принадлежавшей России.
Он был женат на Евдокии Петровне Гамильтон, происходившей из знатного шотландского рода, переселившегося в Россию при Иване Грозном. (Впоследствии фамилия «Гамильтон» в России трансформировалась в «Хомутовых».)
