Петрикор полностью

Вспоминается мне удивительный случай, произошедший со мной огненным летом две тысячи десятого года от Рождества Христова.

Аномальный июль иссушал жизнь: по всей стране бушевали лесные пожары. Злободневной темой для отца стал парниковый эффект и человеческое свинство в отношении к природе. Он говорил: «Когда же уже человечество поймет, что, подчинив себе силы природы, оно само забьёт себе последний гвоздь в крышку гроба?!». Мои беззаботные и скучные деньки тянулись ленивой соленой карамелью. От жары приходилось спасаться в доме, редкие вылазки на речку несильно помогали: ближайший пляж находился за распростёртым золотым покрывалом полей протяжённостью в несколько километров, преодолевая которые, приходилось нехило пропотеть, Да и вода была настолько теплой, что купаться в ней не доставляло никакого удовольствия.

Моей жизненной необходимостью были прогулки на природе, но в такую погоду особо не погуляешь днем. Конечно же никто не отпустил бы девятилетнего мальчика гулять ночью, когда жара хоть немного, но спадала.

Я лежал в кровати. Легкий ветерок поглаживал белые прозрачные занавески сквозь распахнутую форточку. За окном восходила из розовато-синего, уже готового потемнеть, градиента, огромная оранжевая луна. Она, будто-то младший брат, пыталась подражать безжалостному солнцу. В ту ночь мне не спалось — усталости я никакой не ощущал, да и с чего бы? Я лежал и, как часто бывало перед сном, погружался в свой воображаемый мир. Особенно сильно я любил придумывать страшилки, где я — главный герой. Сочиняя новую историю, я с нетерпением дожидался встречи с друзьями, чтобы поведать её, за что получил доброе прозвище — сказочник. Вспоминаются некоторые обрывки этих историй, например, такой момент: «…и тогда, призрак схватил моего кота и понесся к озеру. А я догнал и так отдубасил призрака, что тот больше не появлялся!» Для чего ему понадобился мой кот, да и как возможно «отдубасить» приведение, меня как-то не волновало.

Луна поднималась все выше и холодела, теряя свои огненные цвета. Вдоволь нафантазировавшись, я все же не мог уснуть и ворочался в постели. Близилась полночь. К тому моменту родители уже спали. Прохладный ветерок, ночная свежесть, бледный свет луны, что придавал ночным пейзажам свою особенную красоту — все это так и манило выйти на природу и предаться прохладным объятиям ночи. Лукавая мысль о побеге из дома уже долго меня не покидала, и вот — взяла верх над послушанием.

Немного пошуршав, я оделся, и украдкой, словно тень, прокрался к двери. В следующее мгновение отец поднялся с кровати. Мое сердце ёкнуло и замерло, я окаменел, дрожь пробежала к ногам. Но он, ничего не заподозрив, выпил стакан воды и вернулся обратно в кровать. Я выдохнул. Простояв неподвижно на месте пару минут, я тихонько приоткрыл дверь и выскользнул из своего заточения. Убедившись, что все в порядке и спокойствие родителей не было нарушено, я торжествовал — побег удался, свобода! Ветерок так и ласкал меня, будто бы приглашая унестись с ним в беззаботном танце в распростертые объятия полей под полной луной. Я шагал не спеша, радуясь каждому звуку ночи. Луговые цветы, пошатываясь на ветру, пели свои странные песни, неслышимым для человека голосом. Глядя на луну, я представлял её глазом огромной космической змеи, что так и норовит проглотить нашу планету.

Мне захотелось пойти к озеру, находившемуся неподалеку от леса. Но когда я был уже совсем близко к нему, я почувствовал ужасный запах ила и тухлой рыбы. От этой жары, видимо, обитатели озёр страдали не меньше… Да чего уж говорить — весь мир превратился в большую баню. Невозможность погрузить свой взор в царство вод немного омрачила меня, но вскоре я отошёл подальше от зловонного места и отпустил то желание. Мысль пойти к реке, что находилась не так уж близко, была заманчива. Но отец мой просыпался в три часа, по тому как по утрам он отправлялся на рыбалку, и к тому времени я уже должен был оказаться в постели.

Я завалился в траву. Ночные птицы и сверчки радовали слух. «Эх, жаль цветов не слышно…» — подумалось мне. Я наслаждался той ночью. Взгляд мой был обращен к звездам, и мысли отправлялись туда же. Я размышлял о бесконечности вселенной, о бесконечном множестве всевозможных и невозможных миров и вселенных, и мысли мои уносили меня в эти удивительные миры. В моем воображении рождались всеобразные, футуристические истории. Я мечтал о том, что человечество когда-то будет путешествовать по вселенным, которые и представить сложно. Я мечтал о том, что сам стану капитаном космического корабля и буду сражаться с огромной космической змеёй, чтобы та знала свое место и никогда не приближалась слишком близко к земле. Сейчас то она, судя по тому, что её глаз, кажется, увеличился, уже подобралась слишком близко к земле.