Деева… Она как раз повела себя ожидаемо. Объявила меня предателем, потом со всей силы долбанула каблуком туфли мне по ноге, и пока я тихо звывал, поджав пострадавшую конечность, убежала прочь.
И вот теперь уже третий день я пытался поговорить с Наташкой. Пока безуспешно. Она проявляла чудеса ловкости избегая любых пересечений со мной.
— Слушайте, завтра в парке та группа выступает. Мы пойдем? — Спросил Макс, наконец, отстав от моего хренового настроения.
И вот как только он задал этот вопрос, меня осенила очередная гениальная идея. Группа и парк! Конечно. Пожалуй, с этим можно что-то придумать.
В общем, наверное, с планами у меня не очень ладно выходит, однако, лучше делать плохо, но делать хоть что-то, чем хорошо сидеть на месте. Вот, что я решил в итоге. Особенно, учитывая открывшиеся обстоятельства. И конкретно для реализации этого, нового плана мне нужен был Толкачев.
Да, да, да. Тот самый Толкач, который уже дважды попадался на моем пути. Казалось бы, кто мог подумать? Я лично вообще не предполагал такого развития событий.
Ситуация заключалась в следующем. Наташка со мной даже просто поговорить не хочет, куда там обсуждать с ней Ромова и воссоединение семьи. Думаю, стоит хотя бы заикнуться на эту тему и староста натурально выцарапает мне глаза. Это раньше я считал Наташку отличницей, примерной девочкой и зубрилкой. Сейчас мне доподлинно известно, что за двумя хвостами с бантиками и симпатичной мордашкой скрывается командос в боевом режиме.
На данный момент староста считает меня предателем, за ее спиной договорившимся с Ромовым. Спасибо идиоту Кашечкину, который не понимает, что такое личное пространство и треплет языком направо-налево. Морду ему что ли набить…
В любом случае, выход один. Я должен помириться с Деевой. Звучит несколько… Черт, да ужасно это звучит. Чего уж там скромничать. В свете какой-то безумной влюблённости, пронзившей мое юное на сегодняшний день сердце, я бы наоборот предпочёл держаться от девчонки подальше. Конкретно от этой девчонки.
Впрочем, помириться — тоже слишком громко сказано. Хотя бы поговорить. Сейчас Наташка делает все, чтоб мы, учась в одном классе, не имели возможности перекинуться хотя бы парой слов. Она просто в наглую избегает любых контактов.
Однако, и это факт, Наташка мне очень нужна. Я организую их общение с Никитой, Никита организует мое общение с Николаем Николаевичем. Формула совершенно проста. Ну и еще этот чертов дядька. Наташкин, имею в виду, дядька, а не просто какой-то левый тип. С ним тоже надо надо встретиться и поговорить.
Конечно, если этот Андрей и правда гнида, вряд ли он в своей гнидости признаётся. Но с другой стороны, любая информация сейчас не помешает.
Вернемся к Толкачу. На новый план меня вдохновили две вещи. Первое –слова Макса о выступлении группы.
Я ведь уточнил, что за группа. Чтоб понимать, разумно ли вообще, к примеру, Наташку звать на их концерт. Именно такой вариант сразу сложился в моей голове. Наташка — концерт — хорошее настроение — романтика — разговор. По-моему вполне рабочая схема.
Концертом я, конечно, с натяжечкой называю. Несколько песен, исполненных на открытой летней площадке парка — это больше про самодеятельность. Так думал я, пока Микласов не произнёс вслух волшебные слова.
— Слушай, да черт его знает. Кто-то из местных. Солист у них Юрка. Ну этот… — Макс пощёлкал пальцами, вспоминая фамилию. Не вспомнил. — Черт… Да в пьяном дворе живет, в пятиэтажке. Николая Митрофановича, инженера, сын. Гаишник он. Вот собрал ребят, что-то пробуют. Говоря, похоже на какой-то панк. Не знаю. Но «монастырские» с «чижовскими» вон, слюни пускают. Готовы даже терпеть друг друга во время выступления.
Я молча уставился на Макса, стараясь не выдать свое волнение. Юрку, который гаишник и который собрал группу в нашем районе, я знаю лишь одного. Вернее, знал. Или только узнаю. Не понятно как использовать будущее время к моей персоне, находящейся в прошлом.
В общем, судя по всему, речь шла о том самом «Секторе газа», который через пару лет начнёт набирать популярность. Вряд ли на Ваях нашелся еще какой-нибудь панк-рок-самородок.
Естественно, после выяснившихся деталей, я решил, что Наташка просто обязана пойти на выступление парней, которых очень скоро узнает вся Россия. Тут, признаюсь честно, больше взыграла моя идиотская влюблённость. Мне показалось, что это будет очень романтичное воспоминание, которое останется у Деевой на всю жизнь.
Но если именно я позову старосту, она пошлет меня куда подальше. Да и потом, приглашение на свидание подразумевает наличие чувств. Это значит в открытую признаться Наташке, что она мне нравится. А, как ни крути, подобная ситуация и будет выглядеть свиданием. И вот тут я, как бы не готов выступать в роли малолетнего ухажера.
Просить кого-то из своих друзей — идея тоже не очень хорошая. Их Наташка пошлет еще быстрее, чем меня. Да и как объяснить пацанам столь странную просьбу? Тут без сплетен, слухов и разговоров, которые последуют потом, точно не обойтись.
