Проживал Иван в одноместном доме-вагончике. Был он не слишком просторный, зато тут светло, сухо, тепло, а так же уютно – взятое из дома бельё на кровати, столик с письменными принадлежностями, умывальник и даже маленькое подобие кухни. В общем, жить можно, в полевых условиях – лучше не придумаешь. Всё было крайне аккуратно и педантично – чай и кофе стояли на откидной полке на "кухне", кровать была застелена по-армейски, то есть край одеяла подвёрнут и сверху покрыта покрывалом, рабочий же стол мог оценить даже Экюль Пуаро, легендарный вымышленный педант – ручки, карандаши, листы бумаги, отчёты разложены с геометрической точностью. Судя по всему, такой порядок в делах Иван поддерживал всегда.
Пенсионер встретил меня радушно, пригласил за столик, после чего уже начал расспрос:
– Как прошло?
– Великолепно. Я, значит, тут же отправился сюда, на базу, взял снегоход и отправился к соседней деревне… тут, в десяти километрах ниже по течению Двины. Кстати, – поправился я, – я уже мечтаю о том, дне, когда мы окончательно залегендируем свою технику. Хотя бы снегоходы. Когда с моим другом ездили на мотоциклах по местным дорогам, потряхивало сильно, а на снегоходе до ста двадцати разогнался – и как по маслу.
– Оно и понятно. Тут дороги протоптаны, разровнены, да ещё и снег…
– Ха, местные на лошади это же расстояние за час преодолевают. Короче, приехал я к деревне, загнал снегоход обратно в ангар, и открыл портал прямо перед носом его машины. Тут же, мгновенно прыгнул сюда.
– А попал ли он в портал?
– Заметил краем глаза, попал. Весь, с машиной. УАЗ, кстати, патриот. Символично.
– Да наплюй, – отмахнулся Иван, – значит, наш "Андрей" находится где-то в тридцати верстах от Архангельска?
– И в семнадцатом веке… хотя и последнем его году.
– Смотри, кабы его местные не затюкали за непонятную арбу, – покачал головой Гунин.
– Я вот тоже об этом думал. Смотрел как-то кино про первые паровозы… ничего, люди привыкли, а это машинерия пострашнее машин и снегоходов – пыхтит, гремит, паром свистит… короче, тут всё как-то чёрт-знает-как получается. Нужно будет этот вопрос потом отдельно исследовать на местных, в первую очередь на твоих солдатах.
– Вряд ли, – вздохнул Гунин, – они у меня, конечно, религиозные, но люди такие… молодые, на месте не сидят, мозги ещё не закостенели, да и наша работа по ликбезу даром не прошла. Не ручаюсь, что они просто плечами пожмут и внимания особого не обратят. На местных надо тестировать, на крестьянах, а там и видно будет, можно в город выехать на нашем транспорте, или нет…
– В таком случае, оставим это на ближайшее будущее. А пока что – будем ждать возможности контакта с Андреем. И попутно – посмотрим реакцию местных на него.
– Это как? – не понял Иван.
– Это очень просто. Открываем маленький портальчик метрах в десяти над ним и смотрим, что там внизу происходит.
– А не засветимся?
– Думаю, нет, – покачал я головой.
Собственно, с момента проваливания пятого попаданца в это время прошёл всего час, поэтому действовал я осторожно. Но предосторожность оказалась излишней – портал открылся над крестьянской избой. Опустившись ниже, под крышу, пройдя чердак, мы попали порталом под потолок. Внутри было темно, под нами была развешенная одежда на табуретке, а рядом, на жёстком топчане, спал человек. Было прохладно, но чай не двадцать первый век…
В человеке Гунин опознал Андрея. Я проверил – закрыта ли дверь, а то глядишь его и под замок посадили. Но нет, двери в комнатушке не было совсем. Так что я пошёл порталом дальше, искать машину. Она обнаружилась рядом с домом, была загнана во двор. Никаких признаков жизни в деревушке не было.
– Ну так темно же, – прокомментировал Иван, – люди спать ложатся как темнеет. Один хрен делать больше нечего.
Я закрыл портал.
– Что ж, объявляю первый этап плана состоявшимся успешно. Наш клиент познакомился с местными и устроился у них на ночлег. Машину они не затыкали копьями…
– Какими ещё…
– Я образно выражаясь, – хмыкнул я, – значит, можно дальше налаживать контакт.
– Как? – спросил Иван.
– Да очень просто. Берёшь транспорт, бензина… ну или керосина, не знаю, на чём его уазик ездит, и едешь за ним. Вместе уже на нашу базу, а отсюда – в Архангельск.
– Понятно, – кивнул Гунин, – Опять мне?
– Тебя он знает. Значит, пойдёт на контакт. А дальше уж ты его к нам приведи. Тут и посмотрим, кто куды чаво и как.
Гунин согласно кивнул, после чего я открыл портал в свой дом и вернулся, пожелав военному сладких снов. Денёк был ужасно хлопотный.
Утром хлопот прибавилось ещё больше – Иван связался со мной по рации, сообщил, что выезжает, вместе с парой солдат, к нашему попаданцу. Хотя попаданчества в его делах немного – провалился, переночевал в крестьянском холодном доме, на жёстком топчане, после чего сразу вышел на контакт с Гуниным. Вернее выйдет.
Саня, как и предполагалось, ночевал в доме, хотя иногда оставался на базе. Разыскав его, я отозвал в сторонку:
– Утречка, Сань.
– О, какие люди, – Синицин что-то читал на своём ноутбуке, поэтому быстро отложил технику и поднялся, – что случилось?
