Все, не блестят уже купола Новодевичьего. И то сказать, к ночи дело идет. А скоро, Катя, дни станут коротки. Вам хватает времени в сутках? — Чево? — Ну я имею в виду двадцать четыре часа в сутках это мало или много, как вам кажется? Мне всегда казалось мало, сколько себя помню, а помню я себя с трех лет, представьте себе. Очень длинный день у меня сегодня, будто время остановилось, ну замедлилось хотя бы. Ну и переход, однако, отгрохали, как из фильма фантастического, но нам туда не надо. Куда нам надо — непонятно, но туда не надо наверняка. Свернем, пожалуй что, на Хамовнический вал. Вот ведь тоже название. Песня, а не название. Вроде как хамы в нем, а мягко, красиво звучит. А ведь я не знаю, что такое Хамовники, а ведь я чуть не всю жизнь прожил в этом городе, и ведь жизнь уже кончилась практически. Катя. — У? — Откуда происходят «Хамовники»? — От «хамовки». — От чего-о? — Ну такая кочерга, которой горшки таскают. Не знаю.
Боюсь, что насчет хамовки вы заблуждаетесь. Впрочем. Хамовка, почему бы нет. Будь по-вашему, тем более что мне нечего предложить. Пойдемте по набережной, если не возражаете. Вам же все равно? Хамовка, хм. Да, я вас перебил, Катя, вы говорили о чем-то весьма увлекательном. — Да ни о чем я не говорила, это ты, дед, говоришь как заведенный.
Да. У меня сегодня был трудный день, Катя. Черт, сейчас, кажется, нечто другое в понятие «трудный день» вкладывают, все так изменилось. — Проблемный, деда, проблемный. — О-о, спасибо, «трудный» нам оставили, и то слава богу. А сколько вам лет, милая? Вы выглядите совсем юной, но я, увы, уже эксперт никудышный, для меня теперь все юные. Вы, кажется, говорили о своих проблемах. Серьезных, видимо, проблемах, нет-нет, я не смеюсь. Но я сегодня плохой собеседник, Катя, такой уж день был проблемный, то есть наоборот, трудный, я хотел сказать. Ужасный я собеседник. Никакой, как теперь выражается молодежь.
Да, так вы девственница? Похвально.
Впрочем.
Все же похвально.
Вот старый поц, помнит. Я уж думала забыл, понесло куда-то в сторону, крыша отъехала, Хамовники, блин. Сто лет, возраст не шуточный. Хотя на маразматика не похож. Прикольный дед.
Немного тележный.
Но прикольный.
Круто. Иду с каким-то дедом туда, не знаю куда. Про девственность перетираем. С первым попавшимся. А первому попавшемуся сто лет в обед. Это ебнуться можно. Ну и денек блин.
Понимаешь, деда, есть один человек, который мне нравится. Никому, между прочим, не говорила. Терпеть не могу в жилетку плакаца, а тебе вот говорю. Ты мне понравился эта… расположил. Понимаешь, он, ну человек, к которому я, мягко говоря, неравнодушна… Неважно. В общем, он мне сказал. В самый, деда, такой как бы момент он прямо и говорит: что ж ты мне сразу не сказала, что ты девушка? Прикинь? Урод, блин. В общем, испугался он, деда. А чего испугался он, не понимаю. Ну девушка, и что? Что в этом такого? А он: ну нет нахуй-на-хуй. Оделся и ушел. Хули ты дед смеешься?
Дед ходит быстро, по-молодому. Не медленно, во всяком случае, не по-стариковски. Ноги длинные, прямые, спина не сутулая, прямая. Почти. Дед всем дедам дед. Дед на зависть.
Умный дед, элегантный почти что, такого не стыдно друзьям предъявить: а это вот деда, он классный, только старый. Да он и не старый!
Не старый я. Мне просто много лет, но я не старый. И тем более не пожилой, ужасное слово, жухлое какое-то. Мне просто много лет, и я хотел уйти, как из спорта уходят в тридцать, а вовсе не потому, что стал стар, вовсе нет, просто потому, что всегда надо вовремя уходить, пока тебя не гонят хозяева, пока хозяева, так сказать, не дают тебе понять — сначала интеллигентно так, полуфразой, как бы проговорившись, что ждут, мол, их еще дела впереди, что на работу завтра, — а тебе все еще кажется, что ничего, еще одна дивная история, им понравится, они не пожалеют, ведь ты в ударе сегодня, а так и есть, хозяева и впрямь смеются, да. Но как-то уже не так, не беззаботно смеются. Ибо и им жаль, что ты уйдешь, но надо, надо уходить. Надо было уходить.
Странный ты, деда. То ржешь как конь, невпопад, то затих вдруг. А я уж выкручусь. Говно вопрос. Отдамся первому встречному, потом приду к нему, скажу: не ссы, любимый, у меня все ок. Путь свободен, доставай свой инструмент и полный вперед и с песнями. Вот так. И все. Прям первому встречному и дам. А, черт, ты и есть вроде первый встречный. Нет, дедуля, тебе не светит. Ты для меня староват. Было б тебе лет на хм, на хм, лет на пятьдесят меньше, тогда б, конечно, хотя вот я читала… где это я читала?
А можно твои очки померить? Модные очки у тебя, где купил? Ты очень модный дед, не вопрос.
А вроде и полегчало, отлегло от жопы, как маменька говорит, дура. Топиться, топиться, надо же. Смешно. Из-за кого главное? Да пошел он. Черт, опять зареву сейчас. Дед, не смотри, я не люблю. Пожалуйста.
