Хотя вот уже несколько дней мне не даёт покоя ситуация с Толстым. Что, если Нелли права, и он хотел помочь мне, поэтому и позвал в команду? Мне хочется услышать ещё одно мнение, поэтому я решаюсь посоветоваться с мамой.
– Я вот думаю кое о чём, – начинаю я издалека. – У нас в школе есть дополнительные тренировки по баскетболу.
– Бесполезная трата времени, – отрезает мама. – Тебе сейчас надо готовиться к экзаменам.
– Да, я знаю. Я хотела сказать, что командная игра вроде как помогает сплотиться…
– Мария, с каких пор тебя интересует спорт? Выкинь эти глупости из головы. Твоя задача – поступить в хороший университет. Остальное не должно тебя волновать. Ты думаешь, я работаю для того, чтобы потом оплачивать твою лень?
– Да я же не об этом.
– Всё, слышать больше ничего не хочу. Вроде не маленькая, должна понимать, как важно получить высшее образование. – Она прерывает наш завтрак даже не допив чай. – Ладно, у меня ещё много дел.
Зря я попыталась спросить у неё совет.
В свой единственный выходной мама занимается домом: убирает квартиру, готовит кое-какую еду, гладит себе костюмы на следующую неделю и развешивает их в чехлы. Вечером, когда я ковыряю вилкой подгоревшие котлеты, сделанные мамой из полуфабрикатов, у меня наконец-то появляется идея, как мне разрешить ситуацию с Толстым.
И вот в понедельник я стою в конце класса и морально готовлюсь подойти к Толстому, чтобы заговорить. Не могу поверить, что делаю это добровольно. Парень сидит на своём месте, уткнувшись в телефон. Он выглядит таким самоуверенным: развалился на стуле как на диване, вытянутые ноги торчат на весь проход, скучающее выражение на лице. Не может быть, что Нелли была права. Бред какой-то. Сейчас я просто пойду и опозорюсь.
Я пытаюсь отогнать от себя эти мысли. Я уже всё обдумала, и мой план достаточно прост: если, как утверждает моя соседка, Толстый и правда хотел мне помочь, я дам ему повод сделать это другим способом. А если изначально была права я, и Толстый – обычный придурок, сейчас он посмеётся надо мной, зато я перестану мучиться от чувства вины.
– Привет, – я подхожу к нему, переминаясь с ноги на ногу.
– Привет, Петрушка, – отвечает парень, не переставая пялиться в телефон.
Очень вежливо. Я стараюсь побороть своё раздражение и продолжить следовать плану.
– Я хотела сказать, что спорт – это не моё.
– Это я уже понял.
Теперь самое сложное. Видимо, я выгляжу странно, потому что не знаю, куда деть руки и постоянно меняю их положение. Толстый наконец-то отвлекается от телефона и следит за моими манипуляциями.
– Я… Я слышала… Мне сказали, что ты умеешь готовить.
– Допустим. И что? – он смотрит на меня недоверчиво.
– Может, ты мог бы научить меня готовить что-нибудь простое? А то я только сосиски варить умею. И пельмени.
Толстый смотрит на меня, как будто обдумывает, не шутка ли это. Потом он передвигается на соседний стул и жестом приглашает меня присесть. Слава богу, он не спрашивает, умею ли я пользоваться интернетом и кулинарными книгами, и неужели некому меня научить, раз уж я прошу о помощи именно его. Вместо этого он зачем-то оправдывается:
– Когда занимаешься спортом, нужно особое питание. У нас большая семья, отдельно для меня никто готовить не будет, вот я и научился сам.
Я киваю и сажусь на соседний стул.
– А у меня мама много работает, так что мне приходится самой о себе заботиться, – я вообще-то не собиралась делиться такими подробностями с посторонним человеком, тем более с Толстым, но это вырывается как-то само.
Мы обсуждаем, что именно я хочу научиться готовить. Я так до конца и не могу поверить, что это действительно происходит. Когда у меня уже есть подробный рецепт, написанный корявым почерком Толстого на клетчатом листочке, он спрашивает:
– А кто тебе сказал про меня?
– Нелли.
Толстый не отрывает взгляд от ручки, которую крутит в руках.
– Что ещё она рассказала?
– Больше ничего, – говорю я на всякий случай, чтобы не подставить соседку.
Парень молча кивает.
Я провозилась три часа, но всё же сварила куриный суп, как учил меня Толстый. Получилось неплохо. Порция большая, хватит на несколько дней. Надо будет поблагодарить его.
Наливаю себе тарелку горячего супа и слышу, как в замке поворачивается ключ. Моя первая мысль: «Кто-то ломится к нам в квартиру». Мо бежит в коридор встречать пришедшего, и я следую за ним.
– Чем это у нас пахнет? – слышу мамин голос прежде, чем успеваю увидеть её.
– Ты чего так рано?
– Взяла работу домой. Ты как будто не рада меня видеть.
– Рада, конечно, – отвечаю я скорее растерянно, наблюдая, как мама разматывает шарф и снимает пальто. Неужели она услышала меня в воскресенье? – Приходи на кухню, я как раз суп сварила.
– Ого, это что-то новенькое, – она следует за мной, заглядывает в кастрюлю и вдыхает аромат свежей домашней еды.
– Да, вот решила попробовать.
Я наливаю вторую порцию для мамы.
– Очень вкусно. Ты у меня такая самостоятельная, – говорит она, когда её тарелка пустеет.
– Да уж, приходится.
