– Не бойся. Мы тебя не обидим.
Аккуратно, на четвереньках, зверек подполз к девочке, осторожно протянул лапу и, схватив мясо, вновь отбежал на безопасное расстояние. Расправившись с добычей, он посмотрел на детей в надежде получить добавку.
Эйша достала яблоко.
– Будешь?
Уже заметно осмелев, он встал на задние лапы и подошел к Петтерсам. Ростом он был с Майкла. Весь в шерсти, с мощными конечностями и по-детски наивной мордочкой.
Яблоко вызвало в нем удивление. Существо долго крутило его, рассматривая со всех сторон. Подобная добыча ему была незнакома. Лап нет. Шерсти нет. Хвоста и крыльев тоже.
– Ешь. Это вкусно.
Эйша сопроводила свои слова энергичной жестикуляцией, показывающей, что нужно делать с фруктом.
Наконец решившись, зверек сделал первый укус.
Антоновка, скажем так, не самый сладкий сорт яблок, поэтому его лицо перекосило. Он сморщился, высунул язык и начал тереть его рукой, пытаясь избавиться от кислого вкуса.
Ситуация выглядела настолько комично, что Петтерсы не выдержали и рассмеялись.
– Как тебя зовут? – спросила Эйша.
Существо непонимающе замотало головой.
– Я, – девочка положила ладонь себе на грудь, – Эйша. Это, – она указала пальцем на брата, – Майкл. А как тебя зовут?
Зверек скорчил недовольную гримасу. Открыл рот, растянул губы.
– Ал…
Было видно, что человеческая речь ему дается с большим трудом. Наконец, победив природу, он проговорил:
– Алмасты́.
– Ты живешь здесь, в горах?
Существо смотрело на парня непонимающим взглядом.
Тогда Петтерс добавил к своим словам жестикуляцию.
Спустя минуту, видимо поняв, о чем идет речь, зверек рыкнул и кивнул.
Петтерс изучающе посмотрел на своего собеседника.
– Странно… Не умеешь говорить, но человеческая речь тебе знакома. Ты уже встречал таких, как мы?
Алмасты снова принял защитную позу, встав на четвереньки, и грозно зарычал, оскалив зубы.
– Думаю, это не принесло ему ничего хорошего, – грустно сказала Эйша. – Люди жестоки и всегда стараются уничтожить тех, кто отличается от них цветом кожи или формой лица. Они считают его зверем, а зверей, по их мнению, следует убивать.
Девочка подошла к нему ближе и аккуратно погладила его ладошкой по голове. Как ни странно, зверек не стал убирать голову и огрызаться, даже наоборот, казалось, это ему нравится.
– Мы с сестрой идем к Олимпу. Это очень большая и высокая гора. Ты знаешь дорогу к ней?
Поняв принцип общения, каждое свое слово Майкл подкреплял размашистыми и красноречивыми жестами.
Алмасты очень внимательно смотрел на человека, а когда тот закончил, фыркнул и замотал головой.
Петтерс обреченно опустил руки и посмотрел на Эйшу:
– Похоже, нам с тобой придется искать дорогу наугад.
– Не расстраивайся. Если Селена вывела нас сюда, значит, была уверена, что мы отыщем путь. Надо верить и не сдаваться.
– Да, ты права. Пора собираться. Не будем терять времени.
Дети, теперь уже втроем, спустились со склона, вышли на дорогу и двинулись дальше.
Алмасты шел немного впереди, взяв на себя роль проводника. Впрочем, ему никто не возражал. Горы были его родным домом. Здесь он чувствовал себя свободно и уверенно, в отличие от Петтерсов, привыкших к равнинам.
Вскоре относительно пологие перевалы закончились и путники вышли к заснеженной долине, окаймленной раскидистыми елями. Сразу за ней стояла неприступная стена из остроконечных гор.
Провожатый уверенно двинулся вперед. Проламывая сильными ногами наст[219], он по колено утопал в снегу, но это его не особо смущало.
Майкл, прикрыв от солнца глаза ладонью, посмотрел наверх. Меж ослепительно-белых скал еле угадывалась тонкая черная лента тропы. Видимо, алмасты собрался вести их туда.
Уже первые несколько шагов показали, что Эйша, ввиду ее роста, проваливается по пояс и сильно тормозит движение. Брат взял ее на руки, но и это не особо облегчило ситуацию. Два заплечных мешка плюс одетая в шубку маленькая девочка не очень-то способствовали хождению по занесенной снегом долине.
– Эй! Подожди! – крикнул Майкл.
Алмасты остановился и обернулся. Несколько минут он внимательно изучал детей. Потом кивнул косматой головой и решительно двинулся к ним.
Подойдя ближе к Петтерсам, он со всей силы ударил себя кулаком в грудь, громко прорычал и развернулся, подставляя спину. Эйша забралась к нему на загривок и руками крепко обхватила шею.
Дальше продвижение пошло быстрее. Широкие ступни алмасты не давали проваливаться ему глубоко в снег. Уже примерно через час трое путников пересекли долину и вышли на горную тропу, змейкой уходящую куда-то вглубь хребта.
Даже с ношей на спине проводник быстро шел на подъем и, казалось, совсем не испытывал усталости, в отличие от Майкла, который, тяжело дыша, плелся сзади, отставая с каждым шагом.
Неожиданно алмасты остановился.
Покрутив головой в разные стороны, он жадно втянул морозный воздух ноздрями. Громко недовольно фыркнул и развернулся к застывшему в двадцати шагах Петтерсу. В его глазах читались ужас и паника. Дальше произошло то, чего никто предвидеть не мог.
