— Я думаю, они п-переживут. Во-первых, мой п-помощник в курсе всех дел и сумеет контролировать с-ситуацию. Во-вторых, я давно не был в отпуске и отдых мне не п-повредит. А в-третьих, п-помощь нужна п-подданной Великобритании и долг обязывает меня ее оказать.
В порыве нахлынувших чувств Марта обняла лейтенанта:
— Спасибо, друг. Я этого никогда не забуду.
Уже через несколько минут они быстрым шагом направлялись в порт Брисбена, чтобы нанять там корабль, идущий к берегам Южной Африки.
И вот тут вышла серьезная загвоздка. Оказалось, что подходящих кораблей в порту нет. Яхту, предоставленную в пользование ученым, по понятным причинам взять было нельзя. Предыдущий транспорт исследователей — винтовой фрегат — был переброшен на какой-то отдаленный театр военных действий. Несколько жалких суденышек просто не подходили для запланированной операции в силу их ветхости, и оставалась пара кораблей иностранных государств, с капитанами которых еще предстояло договориться.
В роли переговорщика выступил Гарисс. Лейтенант несколько минут смотрел на сине-бело-красные вертикальные полосы развевающегося на первом фрегате флага[117], будто взвешивая, как пойдет разговор, наконец, что-то решив, кивнул и бодрым шагом поднялся по трапу на его борт. Марта же осталась на пристани ждать от него вестей. Через несколько минут он вернулся. Мужчина выглядел опечаленным. Марта встретила его у самого трапа и тут же налетела с вопросами:
— Что случилось, Гарисс?! Они не возьмут нас на борт?!
— К с-сожалению, нет. Капитан Ля де Моль, кажется, так зовут этого п-прохвоста, начал отнекиваться еще до того, как услышал суть вопроса, а когда п-понял, в чем дело, отказался еще раз.
— Вы предложили им денег?!
— Конечно, но это не п-помогло. Послушайте, Марта, через месяц в п-порт зайдет бригантина одного моего дальнего родственника. Он в долгу п-передо мной и не откажет в услуге. Нам нужно лишь немного п-подождать.
Марта всплеснула руками:
— О чем вы говорите, Гарисс?! Месяц! Возможно, сейчас мои детки и муж дрейфуют в какой-нибудь шлюпке или не дай Бог, на плоту или бревне в середине океана, каждая минута на счету, а вы предлагаете мне подождать целый месяц!
— П-послушайте, Марта…
Договорить ему не дали.
— Есть же еще один корабль! Пойдемте туда и поговорим с капитаном!
Лейтенант покачал головой:
— Боюсь, это бесполезно, мэм. Судно ходит п-под флагом Российской империи.
Миссис Петтерс удивленно подняла брови:
— И что?!
— Русские не особо жалуют англичан, тем более п-после Восточной кампании[118]. Думаю, они с нами даже разговаривать не с-станут.
— Не волнуйтесь, Гарисс, на этот раз я пойду с вами и, если понадобится, буду на коленях умолять капитана.
Сказав это, Марта решительно пошла по направлению к стоявшему в отдалении фрегату с надписью «Святая Анна» на корме. Лейтенанту ничего не оставалось, как последовать за ней.
Стоило им вступить на борт, как тут же дорогу перекрыл ни пойми откуда взявшийся молодой матрос:
— Чем могу помочь?
Гарисс вышел чуть вперед:
— Милейший, нам надо увидеть капитана.
— Сожалею, но Алексей Степанович сегодня никого не принимает, приходите завтра.
— М-м… — Гарисс, немного оторопевший от поведения матроса, сейчас пытался аккуратно подобрать слова. — Дело в том, юноша, что у нас к вашему капитану очень деликатное и весьма важное дело, оно не может ждать.
В это самое мгновение откуда-то сверху раздался громовой голос:
— У меня не было, нет и, даст Бог, никогда не будет дел ни с одним англичанином! Поэтому прошу вас покинуть мой корабль!
Гарисс и Марта подняли головы вверх. На капитанском мостике стоял высокий мужчина крепкого телосложения в накинутом на плечи черном кителе[119]. Определить его возраст было сложно, судя по голосу, да и крепким рукам, сжимающим перила, он еще не был стар, однако вся его шевелюра, равно как и пышные усы, переходящие в бакенбарды, были полностью седые.
Гарисс дотронулся пальцами до полей своей шляпы:
— Доброе утро, сэр! Вы, наверное…
— Самарин Алексей Степанович, — перебил его мужчина. — Капитан 1-го ранга[120] судна «Святая Анна» Божьей милостью Его Величества Императора Всероссийского, Царя Польского и Великого князя Финляндского Александра Второго Николаевича Романова!
— Меня зовут Гарисс, я п-представитель Британской короны на этом континенте, это моя с-спутница — Марта Петтерс, она ученый. Нам очень нужно п-переговорить с вами, капитан.
Самарин выпрямился и спокойно сказал:
— Учитывая последствия Крымской войны, наши державы находятся в состоянии… как бы так сказать… недружественном по отношению друг к другу. И в данный момент вы находитесь на территории Российской империи без какой-либо дипломатической или торговой миссии. А посему я имею полное право арестовать вас как шпионов со всеми вытекающими, неблагоприятными для вас последствиями. Уходите подобру-поздорову, не доводите до греха.
Сказав это, Самарин поправил китель и развернулся спиной к гостям, давая понять, что разговор окончен.
