Давно, давно, давным-давнее,Чем само давнее давно,Народы были поумнее,Росли без всякого кино,Без огоньков и новогоднихБез электрических, и тех,Имели сказок для потехТак получается народных.Водилось сказочников много,Но эти тоже был народ,Чай, не поэт, навроде бога,Что эти нынче, ну их в рот.Но мне далёко до фантазий,Всё будет просто в нашем сказе,Заметь, что нашем, ибо личность,Как научил великий Кант,…хотя и Канта можно вычесть,Кто не народ — не вариант,Он — не народ, — Иммануил,Допустим, имя что сменил,Но сам послушай: Кант Народ,Звучит? Скорей наоборот.Итак, убрав, что не звучало,Мы приближаемся к началу,А как народ-то заступал?Де «жил да был». Отличный план,Пойду и я по тем стопам,Готовы?Жил да был Ебан.В том государстве, номер сколотИль тридевятое, как знать,Ебан достался нам не молод,Когда добрались рассказать,Видать, затянут был пролог,Но сказ народный, я не могПрибавить или же убавить,Итак, Ебан седой старик,Едва справлялся царством править,Мешали враг, жена, парик,Две неизвестные болезни,Одна известная, и песни,Он очень песни уважал,Их часто пел, и сам, и хором,При эту царству не служа,Забыл, так скажем, о котором,Где, все мы помним, сколот номер,А те, кто знали сильно помер.Зато имеются дощечки,Где расшифрованы насечкиНазванья царств в урочный час,Дошли в сохранности до нас,Как у халифа халифат,Был у Ебана Ебанат.Там проживали ебанатцыИ ебанатки, — житель местный,И три-четыре иностранца,Но те — народ неинтересный.Имелись там ебанатята,Признаться, тоже небогатоПо нашим данным, на семьюНоль целых, в среднем, семь десятых,Плодились плохо. Взять свинью,Она плодилась аккуратно,Но ебанатцы как-то нет,Чтоб не страдать ебанатятам,Такой, возможно, аргумент.Поскольку множество страданийИмеет детский человек.Похолоданий, голоданий,Дерзанья всяческого грех.Дерзать Ебан ещё в младые,Лихие годы запретил,В указе буквы золотые,И пенью выдуман мотив,Почти как гимн для Ебаната,Там очень сильные слова:«За дерзь всеякую расплата —Дерзца кастрить и ны дрова».Мы пару слов не прояснили,Но ебанатцы не дерзили.И зла на олуха держава,Нигде не пишут, чтоб держала.Как полагалось, хитрый врагДерзил то жён, а то посевы,Дерзил особенного в горах,Они на карте то, что слева.Посередине водоём, —Как не сдерзить, дерзил и в нём.Иной, подвергнут дерзновенью,За разом раз, аж нету сил,Придёт домой, глотнёт пельменю,Сорвётся вдруг и задерзил…Понятно, стража тут как тут,Кастрить беднягу волокут,Кастрят, как велено, сперва,Ну а потом уж «ны дрова».Так шли года, и супостатыПо Ебанатовой винеНастолько став распоясаты,Что ни бревна чтоб на бревне,Ни чтоб мосточка над рекой,Ни в доме утвари какой,Во Ебанате не осталось,Настолько им распоясалось,И вот, в трагический сей миг,Херак, скопытился старик.Наследный сын царя ЕбанаПошёл хандрить на свой макарНавроде как аэроплана,Запряг ворон, они кар-карИ унесли далече принца,Он, правда, должен был свалиться,Не долетая до далече,Но долетел и крыть тут нечем.Что ебанатцам было делать?Иных наследных не нашлось,Рыбалят, сеют, косят, мелят —Покраше быт, повыше нос,Дровишки стопками под осеньПлодиться стали на ноль-восемьИ шло к ноль-девять, говорят,А как же враг, ужели рад,Что оживает Ебанат?Вот тут и кроется загадка,Не донеслась до наших днейПричина вражьего упадка,Нет ни свидетельств, ни идей.Конец неплох, поди, у сказки,Однако рублен топоромИ белой нитью — неувязки,Чтоб потянуть, так нет сторон…А были б — с этой или с той?По самой логике простой,Врага чтоб выдерзить как след,Так ебанатцам был запрет.Или какой-нибудь чтоб рыцарьТуда пришёл и всем помог,Но без принцесс, за хером лысымХодить — не рыцарский конёк.Простая логика гласит,Что нам у сложной бы спросить.Да как ты спросишь, если сказПисал народ без выкрутас.На том у нас и тупичокА все кто слушал, чок-чок-чок,И значит, будьмо, по глотку,И всем, как водится, медку.
