— Самая что ни на есть. — Налив очередную порцию теста, я повернулась как раз вовремя, чтобы встретиться взглядом с Томом. — Это Летти, моя дочь. Летти, это Том.
— Очень приятно. — Том смотрел на нее серьезно, и Летти, видимо, прониклась. Она с детства не любит, когда с ней сюсюкают. Прошлого моего кавалера пришлось вообще не приводить в дом из-за этого. Тот был уверен, что все дети просто обожают, когда с ними разговаривают, коверкая слова и растягивая губы в идиотской улыбочке.
— Присаживайтесь. — Летти указала на стул напротив и, скрестив пальцы, внимательно на него посмотрела. — Как вы находите Базилдон?
Я едва успела поймать миску с тестом, чувствуя, что сейчас не выдержу и расхохочусь. Но Том, надо отдать ему должное, сдержался, лишь чуть дрогнули уголки губ, и вежливо ответил:
— Прекрасно. Очень тихий и красивый город.
— А вы всю жизнь прожили в Лондоне?
— Я родился в Вестминстере, ходил в…
И тут я уже не слушала. Точнее, слушала, но не слышала, повернувшись к ним спиной и продолжая готовить завтрак. Мне стало так тепло и уютно на моей маленькой кухне, давно забывшей, что такое запах настоящей свежеприготовленной еды, что хотелось стоять здесь вечно, переворачивая румяные пухлые лепешки. Когда мы выходили из дома, Летти уже прощалась с Томом, как со старым другом.
— У тебя очень серьезная дочь. — Мы подходили к «Утке», обсуждая их разговор, когда Том остановился на полдороги и вдруг крепко сжал меня за руку.
— Прости. — Он виновато указал на паб. Я проследила за его взглядом и невольно вцепилась в его ладонь. У входа стояла толпа. Нет, не бушующая армия фанатов, не страждущие выпивки завсегдатаи. Перед дверями «Пьяной утки» стояла толпа девочек, девушек, женщин и мужчин, держащих наготове телефоны и фотоаппараты. Секунда — и Том радушно улыбнулся, словно и впрямь был искренне рад видеть каждого, кто пришел сюда. Вторая секунда — и его заметили. Толпа восторженно взвизгнула и бросилась к нам.
Мне стало страшно. Честно. Нет, я, конечно, бывала на городских праздниках и фестивалях, несколько раз ездила в Лондон на концерты, да и вообще могла похвастаться приличным опытом нахождения в толпе. Но когда она несется на тебя целенаправленно, становится страшно. Том отточенным движением завел меня за спину и поднял другую руку, призывая поклонниц притормозить. Странно, но это подействовало. Те, кто неслись первыми, смущенно остановились, остальные, сбившись в кучу, пытались выглянуть из-за спин тех, кому повезло больше.
— Мистер Хиддлстон! Можно ваш автограф?
— Мистер Хиддлстон! Одно фото!
— И со мной тоже!
— А можно подписать для моей мамы, она ваша поклонница!
Вопросы посыпались, как из рога изобилия, и было странно вообще расслышать и понять, кто и что говорит. Подписав несколько протянутых плакатов и блокнотов, Том крепче сжал мою руку и потащил сквозь толпу к пабу.
— Всем огромное спасибо! Но нам надо работать! Спасибо большое! Остальное — после работы! Спасибо! Мне очень приятно!
Алекс распахнул дверь и буквально втащил нас внутрь, опасливо косясь на улицу. В пабе было тихо и темно, но все мои сотрудники уже сбились здесь в кучку, а Ирэн отчетливо выдохнула, когда мы зашли.
— Это дурдом какой-то! Я думал, они меня заклюют! — Алекс нервно пригладил бородку. — Как ты это терпишь каждый день? — Он посмотрел на Тома.
— Вообще такое — редкость. — Том пожал плечами. — В Лондоне так много поклонников приходит только на премьеры. Под домом никто не караулит. Ты как? — Он повернулся ко мне. А я смогла с трудом выдавить из себя улыбку. Случившееся поразило и заставило наконец поверить, что Том действительно знаменитость. И что одной журналисткой из желтой прессы мы явно не отделаемся. Если мне придется каждый день пробираться сквозь такой кордон…
— Прости, я действительно надеялся всего этого избежать. — В голосе Тома звучало искреннее раскаяние. — Это не та сторона моей жизни, с которой хотелось бы тебя знакомить.
— Ничего. — Я все же постаралась расслабиться. Впереди рабочий день, почему мне так хочется сбежать из паба куда глаза глядят?! — Ты ведь не виноват. Да и к тому же большинство стоящих за дверью я знаю. Хотя обычно в «Утку» их не заманишь. Слушай, ты ведь не будешь сейчас вот так просто стоять за стойкой?!
— А почему нет? — Том подошел к бару. — У меня еще один день. Кстати, бармена ты так и не нашла пока. Надо заняться этим сегодня.
— Точно. — А ведь эта мысль так ни разу и не пришла в голову за последние две с половиной недели! Хотя, что уж тут скрывать, до того, как все открылось, где-то на подсознательном уровне я надеялась, что Том останется. Теперь-то, понятное дело, и речи идти об этом не могло. И проблема вдруг снова нависла надо мной, став еще больше и еще неразрешимее.
— Будем искать вместе. — И Том кивнул на дверь. — Уверен, отбоя от желающих работать у тебя больше быть не должно!
