Нет, мы с Малфоем никогда не подружимся. Даже предполагать бессмысленно. Но, согласно моему плану, подружиться означало всего лишь способность обменяться парой приличных выражений. И нет, эти «приличные выражения» не должны включать в себя ругательства, дешевые шуточки и грязные оскорбления. Кроме того, мы же целовались, так? Это тоже считается.
Погодите. Мы целовались. Ну… он поцеловал меня!
— Малфой, зачем ты меня поцеловал вчера?
— Что будете заказывать, сэр, мэм? — прервал официант.
— Я буду салат «Цезарь»… — начал Малфой, игнорируя меня.
Я автоматически посмотрела на цену: десять фунтов. Отлично. Он милосерден…
— …с куриной грудкой…
Напротив «с куриной грудкой» значилось: пять фунтов.
— …и черными тигровыми креветками.
Еще восемь фунтов.
Двадцать три треклятых фунта. И это он еще напитки не заказал.
— Что вы будете пить, сэр? Мы недавно добавили в меню новый сорт яблочного мартини. Он отлично сочетается с салатом, сэр. — Похоже, официант с Малфоем сговорились опустошить карманы Гермионы Грейнджер десятифунтовым яблочным мартини, который будет выпит в один присест.
— Конечно, — Малфой посмотрел на бейдж официанта, — Джеффри. К салату я буду мартини, спасибо.
Тридцать три фунта, черт возьми, и я еще ничего не заказала. Мне хотелось задушить Малфоя. У меня прямо-таки руки чесались сделать это.
— А вы, мэм? — спросил Джеффри.
Я сердито посмотрела на него:
— Только чечевичный суп.
Джеффри одарил меня улыбкой, которая означала: «Боже, да вы скупердяйка», но мне было плевать. После экстравагантного выбора Малфоя имело ли значение, что я заказала всего лишь десятифунтовый суп?
— Что будете пить?
— Воду. — Ибо вода всегда бесплатна.
— Это все, сэр, мэм?
— Да, Джеффри, это все, — резко ответила я, заметив, что Малфой открыл рот, чтобы что-то добавить.
Джеффри удалился за нашим заказом, и я перевела взгляд на Малфоя. На его лице было странное выражение — похожее на то, что я наблюдала вчера, — но оно исчезло прежде, чем я успела его расшифровать, превратившись в бесстрастное, граничащее с абсолютной скукой. Такая резкая перемена насторожила меня. Как будто Малфой… скрывал что-то. Но что?
Я приберегла это открытие на потом, чтобы иметь возможность умерить аппетиты Малфоя относительно моего кошелька. Я вспомнила вопрос, заданный мною перед приходом официанта, и повторила его.
— А не все ли равно? Тебе же понравилось, ведь так?
Я покраснела.
— Неважно, понравилось мне или нет, Малфой, вопрос в том, почему ты это сделал.
Его лицо вдруг стало серьезным. Его взгляд прожигал меня насквозь.
— Потому что я хотел этого. Всю жизнь хотел, Грейнджер.
Я была ошеломлена, потрясена и, да, чуточку обрадована его признанием…
А затем он усмехнулся:
— Ты это хотела услышать, Грейнджер? О, как трогательно. Не думал, что ты настолько жалкая.
Удивительно, но это задело меня. Я настолько привыкла к малфоевским насмешкам, что, казалось, отрастила два дополнительных слоя кожи, которые не пропускали их. Но каким-то образом простейшее из его оскорблений все-таки до меня добралось.
Интересно, почему? Долгие годы я была объектом насмешек для многих, начиная от Малфоя, заканчивая Роном. Хотя, что касается Рона, тут все было несколько проще. Спустя какое-то время я научилась игнорировать его, ибо пришла к выводу, что Рон оскорблял меня из-за своих собственных комплексов. Его сильно задевали мои учебные и внеучебные достижения, вплоть до обиды. Таким образом, единственным выходом для него было унижать меня при любой возможности.
Что же касается Малфоя, то, казалось, в глубине души я постоянно пыталась заслужить его одобрение, но все мои усилия были тщетны. Независимо от того, что и как я делала, в десяти случаях из десяти он находил, к чему придраться. Что-то настолько ужасное, что заставляло меня чувствовать себя полным ничтожеством. Как будто я никогда ничего не добьюсь в этой жизни.
И думаю, что он прав. Я жалкая. Действительно жалкая, если все, что я хочу — это впечатлить его хоть как-нибудь… любым способом.
Я уже собралась встать и уйти, когда вернулся Джеффри с нашим заказом. Натренированными движениями он расставил еду и напитки и, закончив, кивнул в знак того, что мы можем приступать к обеду, а затем ушел. Вспомнив, что вынуждена заплатить за обед, я осталась.
***
Удивительно, но обеденный перерыв мы провели за полудружественной беседой. И как только солнце с неба не свалилось? Мы успели обсудить нейтральные темы: погоду, путешествия и даже книги (я удивилась, что Малфой и в самом деле читает). И хотя совсем без споров и оскорблений не обошлось, все же этот наш разговор значительно отличался от наших перепалок в Хогвартсе. Малфой даже рассмешил меня пару раз.
Мои надежды на использование Малфоя возродились, и когда мы возвращались обратно, я столкнулась с мыслью, что раз уж я накормила его — после того, как нашла и подружилась, — то пора бы перейти к главному — переспать с ним.
Мерлин всемилостивый, но как?
С чего начать, чтобы подтолкнуть его в этом направлении?
Спросить? «Эй, Малфой, как насчет того, чтобы пойти к тебе и заняться сексом?»
